— Скажи всем! Пусть называют меня Зелим-бей Заговоренный!
[1] Удивительная история английского авантюриста Джеймса Брука, ставшего раджой острова Саравак, входившего в султанат Борнео и основавшего династию «белых раджей», легла в основу приключенческого фильма «Край света» (2021). Коста его видеть не мог. О Бруке он узнал из фильма Ричарда Брукса «Лорд Джим» (1965) с несравненным Питером О’Тулом в главной роли.
То, что все называли ледником, на самом деле ледником не было. Просто широкая полоса замёрзшего снега. Она сползала с почти отвесной голой серой скалы слева, далее следовал покатый склон, завершавшийся крутым изгибом в пропасть неизмеримой глубины. Наклон этой полосы опасности не представлял. Двигаться можно было без дополнительной страховки. Главное — не поскользнуться. Тогда путнику грозил спуск с горки со смертельным исходом.
Спенсер застрял на границе этой снежной полосы. Причина была очень простой: кони отказались вступать на наклонный снежный наст, покрытый ледяной коркой. Как ни старался он их сдвинуть с места, ничего не выходило. Бежать на своих двоих, без поклажи, припасов и перспективы продолжить путь верхом, он не решился. Ему осталось одно — выбрать огневую позицию, с которой он мог контролировать выход с узкой тропы на широкую скальную площадку, выметанную до голого камня сильными ветрами. Здесь, почти на вершине, он мог стрелять без опаски вызвать камнепад или лавину, способные ему угрожать.
Мне очень не хотелось получить от своего компаньона горячий «привет» в виде уже знакомой пули с ушками. Когда нам оставалось несколько метров до конца тропы, перед самым выходом, на открытую площадку, я стал выкрикивать предостережения типа «Все в порядке!» и «Не стреляй — свои!».
Я и «турок» прошли последний участок тропы, изрядно намучавшись. Гнали упирающихся лошадей перед собой по карнизу над ужасной пропастью. Без катера-вожака они боялись шагать вперед. Большие скользкие камни, лужицы с протаявшим снегом, осколки льда, трещины — кони едва находили место, чтобы надежно поставить копыто. И поэтому сопротивлялись.
— Коста, это ты? — закричал Спенсер, когда услышал мои выкрики.
Он не мог нас видеть. Мы прятались за лошадьми, решившими, наконец-то, ускориться при виде катера. Поспешать за живой баррикадой было трудно, но мы справились. По сути, выяснилось, что от огневой позиции англичанина не было никакого толку. Не подставляясь под выстрел, мы смогли подобраться к груде камней, за которой он пристроился на бурке.
— Я, я! — отозвался и упрекнул Эдмонда. — Вместо комфорта, лучше подумал бы о запасной позиции.