— Любовь Николаевна, собирайте свои вещи, он вам больше не будет мешать — сказал я, вынимая нож из левой руки Николая, лежащего без сознания на полу.

— Ой Костик, ты мой герой! — со вздохом сказала Триницкая и пошла собирать свои вещи. Через четверть часа вещи были собраны, только документы свои она не обнаружила, как и часть вещей, и тут пришел в себя и Николай.

— Сука! — уже менее экспрессивно крикнул Николай, сидя на заднице у стола. — Да забирай свои шмотки тварь! Вон в том шкафу они!

— Коля, не груби, а то зубы твои гнилые выбью — пригрозил я. Он оценил мой удар, замолчал. Молча достал из-под полки документы Триницкой, та перебрала их все, кивнула мне головой.

— Теперь остальные вещи свои собирайте, не спешите, Коля подождет — сказал я, смотря в глаза мужику. Ему было лет пятьдесят, он был достаточно крепким мужчиной, но куда против моих нанитов! Я мог одним ударом ему ребра сломать — но зачем это делать?

Триницкая быстро собралась, набила вещами свою сумку и чемодан, сказала, что все собрала. Я взял в руку чемодан, и мы вышли из дома.

— Куда мне теперь? — всхлипнула Триницкая. — У вас переночую, билет завтра куплю на самолет до Алма-Аты.

И мы пошли к нам домой.

Дома была мама и Миша, ее муж. Уже было поздно, пора было спать. У нас было только одна кровать и диван в моей комнате. Мама постелила нам «валетом» с Триницкой, я долго не мог заснуть с такой красивой женщиной на одной кровати, грешные мысли не давали мне спать. В конце концов я дал команду Дику усыпить меня и поднять по расписанию.

Утром — был понедельник, я пошел в школу, Триницкая осталась дома одна, только сходила купила билет на самолет до Алма-Аты. Вечером они устроили посиделки, две женщины вместе с Мишей, пили вино, танцевали, Миша танцевал по очереди с каждой. Улеглись спать, Триницкая долго ерзала в кровати, не могла заснуть.

Утром Миша раньше всех отправился на работу, затем мама посидела с Триницкой на кухне, о чем-то долго разговаривали.

Интерлюдия

— Люба, ты к Мишкиным яйцам свою письку не подкатывай, а то я вижу, как ты на него смотришь! — резко сказала Наталья.

— Да ты что Наташа! И в мыслях такого не было! — с испугом сказала Триницкая, прижав руки к груди.

— Да я вижу, как ты на него смотрела, готова была снять трусы тут же! — жестко сказала Наталья.

— Ты знаешь Наташа, у меня секса уже три месяца не было, у Кольки не стоит, из-за этого он меня и бьет, от своего бессилия. Член вялый, в общем импотентом он стал. Вот я и смотрю на нормального мужика как голодный на колбасу, но это не значит, что я готова воровать эту колбасу, так что лишнего на меня не вешай — вздохнула Триницкая.