Как бы это парадоксально ни звучало, но хотелось домой. К девочкам. Как будто они стали для меня чем-то вроде острова безмятежности и спокойствия. Ну, не считая того факта, что Уля снова начала от меня шарахаться.
Там спокойствием и не пахло, тем не менее все равно хотелось домой. К нам домой. Но у Трофимовой были на меня какие-то другие планы.
– Господин Осипов, вы же осознаете, что она будет вас провоцировать, вплоть до подстав и инсценировок домогательств и изнасилования. Не удивлюсь, что там планируется целая диверсия.
Прикрыл глаза, снова сдерживая гнев. Да когда же уже она успокоится? Господи, вот черт меня дернул с ней связаться! Больная какая-то. О чем я и ляпнул вслух.
– Ну, я бы скорее сказала, что молодая и избалованная, – с усмешкой ответила женщина, добавив. – Просто не хотелось бы снова волновать ваших девочек. Кстати, остался последний суд и все, можно считать, что Ульяна полностью чиста и свободна перед законом и остается в своем праве матери безо всяких вопросов.
Ну, хоть это хорошо. А что касалось поведения Лизы… Судя по всему, теперь мне предстоял безудержный аттракцион по общению с ней. Ни грамма восторга, но как минимум раздражение на полную.
– Я буду внимателен и не позволю ничего такого с собой сделать или спровоцировать.
– Елизавета, кстати, встречалась тогда в парке с Ульяной и угрожала ей. А еще предлагала сделку, после которой та должна была оставить Вас в покое.
Иногда желание убивать и калечить бывает выше моих сил. Всегда презирал мужчин, что опускались до рукоприкладства, но сейчас мне хотелось встряхнуть эту девчонку. Что она о себе возомнила?
Это какой-то совершенно эпичный момент, когда ты уже решительно не понимаешь грани адекватности человека. Чего она добивается вообще таким поведением? Кажется, я даже сказал это вслух.
– Внимания, контроля, власти. Но это ненадолго. Потерпите немного и, если можно, то не идите с ней на контакт вообще. А то окажетесь в очередном акте мыльной оперы в главной роли.
Хмыкнул, пообещав, если вдруг Елизавета появится на горизонте, бежать от нее в обратном направлении. Боже, и с этой женщиной я спал! Хотя нет, хуже. Я собирался на ней жениться… Устало поинтересовался:
– Когда же это закончится?
Трофимова поднялась, подходя к подносу с какой-то модной водой в бутылках. Налила себе в стакан, не спеша отпила и зловеще улыбнулась:
– Совсем скоро. Думаю, даже на этой неделе.
– Вы же уже знаете, что это будет. Приоткроете завесу тайны? – без особого энтузиазма спросил я.
Хотелось понимать, на что рассчитывать и когда. А то, по ее словам, выходило, что мне чуть ли не требовалось скрываться и нанимать охрану. А то мало ли, правда. Лиза весьма изощренно подходила к своим выдумкам и планам в отношении меня. Чертова маньячка.