– Ты что, сказала все это от моего имени?! – наконец-то, дошло до меня в полной мере.
– Конечно. Хоть на ее гордость понадеялась. Вроде же, сработало, какого она снова оказалась в твоей жизни? Да еще и ты подвинул такую невесту ради нее!
Тетка едва ли не орала в трубку, а я остановился и пытался унять внутренний огонь. Было желание сломать телефон, разбить его с такой силой, чтобы разлетелся на мелкие осколки.
Да, я не знал! Это не снимало с меня ответственности. Но тем не менее я как-то должен был понимать, что происходит и как с этим быть. А теперь я лишь пытался подавить желание поставить на место тетю, что считала себя в праве управлять моей жизнью. Сдерживая гнев, ответил:
– Ты прекрасно знаешь, как я был и до сих пор благодарен тебе за то, что ты тогда вытащила меня и помогла все оформить. Но я скажу тебе один раз и искренне надеюсь, что ты эту информацию усвоишь. Ульяна – моя жена. Настоящая, полноценная. Это та женщина, с которой у меня общий ребенок, и я собираюсь жить с ними долго и счастливо. Остальное тебя касаться не должно, и я искренне надеюсь, что больше не услышу в их сторону никаких оскорблений. Это понятно?
В трубке повисло тягостное молчание.
Я наблюдал за тем, как наши гости покидают дом, со смешанными чувствами. Спорт помог снизить градус напряжения, но никуда не дел причину раздражения.
Вон она, нежная, такая милая и совершенно возмутительно прекрасная, обнимала нашу дочь. Кстати, о дочери… Я действительно уже хотел услышать заветное «папа», но боялся даже заикнуться.
Все же, нам снова нужен психолог. Может, он мне и расшифрует как раз поведение моей жены, а то я решительно отказывался понимать, какая вожжа ее укусила.
Вот и что с ней делать? Нет, пора ехать к Трофимовой. Может, что дельное посоветует, ведь все равно у нас назначена встреча по Лизе. Вышел в гостиную.
Юля, едва увидев меня, с радостными воплями бросилась навстречу. Ее друг уехал, и теперь почетным развлекателем оказался я. Почти как любимая игрушка. Но не папа.
Решил под смущенные взгляды жены уделить внимание дочери. Мы с ней начали играться, а потом и просто беситься. Мне нравилось проводить с ней время, но я не мог понять, почему я не могу это сделать еще и с ее мамой.
В конце концов, дело пришло к вечеру, и, ожидаемо, Уля пошла укладывать дочь, ни разу не взглянув в мою сторону. Ну, ничего. На утро я уже договорился с Трофимовой. Там еще Кольчугин писал что-то…
Мы с ним так и не встретились, хотя у меня уже не было такого желания. Пока не решены домашние проблемы, я не горел желанием обсуждать с ним что-то еще.