Я же прикусила губу от досады. Что мне ей ответить? Я сама до конца не понимала, что между нами происходило. Может, стоит поделиться? В конце концов, кто как не Диана стала для меня настоящим подспорьем.
С тех времен как мама умерла, я ни разу не чувствовала себя в безопасности. Мне не с кем было обсудить все происходящее и не с кем поделиться. Все сама, в одиночку, переваривая все проблемы в глубине души.
Внимательно посмотрела на Диану, что пришла к нам в гости с сыном. Это Осипов их позвал, хотя он так смотрел на них, как будто эти самые гости ему как кость в горле.
Я запуталась, устала, и вообще мне, правда, требовался дружеский совет. Не к Трофимовой же мне идти за ним?! Какое ей вообще дело до моей личной ситуации с мужем? Мужем. Господи! Наконец-то, я решилась:
– Я переспала с ним. Не раз. Не знаю, как так вышло. Я просто…
Дальше мне было нечего добавить. Я вспоминала нашу близость с затаенным страхом. Потому что это было как глоток свежего воздуха. Как освобождение, и оно, правда, расслабляло так, что хотелось еще и еще.
Но я прекрасно понимала, что у каждого секса есть последствия. Не говоря уже о том, что Осипов, судя по всему, что-то там решил для себя и теперь смотрел на меня как на вожделенный зажаренный окорок.
– Ты просто не выдержала напряжение и сняла его тем способом, на который откликнулось твое тело. Это логично. Все мы люди, Уль, все мы грешны, смертны и совершаем глупости и ошибки. Поэтому мы все еще живы, – она пожала плечами, показывая всем своим видом, что не видит ничего необычного в нашей ситуации.
У меня же словно груз с плеч спал. Боже, неужели я, правда, прямо сейчас слышу слова поддержки? Ни осуждения, ни причитаний, а реальной поддержки?
– То есть, ты считаешь… – начала я, но снова осеклась.
Мне правда не верилось в то, что происходило. Что я могу вот так вот с кем-то обсудить свои душевные терзания. Надеюсь, я не сделаю ошибку и не получу «подружка – одна подушка».
– Я считаю, что тебе надо успокоиться и попробовать понять, чего действительно ты хочешь. Уль, тебе просто нужно время, так что я бы попросила его у твоего горячего мужчины. Судя по всему, такая добродетель, как терпение, в его таланты не входит, – хмыкнула она.
В комнату влетели счастливые дети, отвлекая нас от разговора. А я поняла, что, и правда, мне бы распутать этот клубок. Сначала полностью проникнуться моментом, что я свободна, и надо мной больше не довлеет угроза оказаться за решеткой и быть лишенной родительских прав, а потом взять паузу.
Да, как мне раньше это в голову не пришло? Безусловно, я дала слабину. Наверное, Осипов подумал, что я теперь хочу с ним быть. Настоящей женой. Осторожно спросила: