– Думаю, нет большой необходимости покупать много новых вещей. У нас имеется все самое нужное.
– Да, я знаю. Ты не подумай, я не пытаюсь вас купить. Просто сейчас такая ситуация, да и вчера вам досталось очень с дочкой. А насколько я знаю, самое верное средство развлечься и не думать о плохом – это шоппинг. Поэтому я бы предложил вам заехать в ТЦ вместе со мной. Что там девочки обычно покупают… Я хотел бы поучаствовать в вашей жизни и хотя бы немного отвлечь.
В этот момент мужчина выглядел таким искренне растерянным, что я даже немного растрогалась. Он хочет пройтись с нами по магазинам? Серьезно?
Обычно мужчины избегали подобного. Всеми силами старались не приближаться к ТЦ, особенно, когда там их женщины. Это аксиома. А тут вежливая просьба на грани с настоятельностью. Он, правда, этого хотел!
– Ну… На самом деле, можно. Только я не хочу, чтобы Юля думала о том, что теперь не надо считать деньги, и у нее может быть все, что она захочет. Я воспитываю ее так, чтобы она знала цену деньгам и разбиралась в стоимости товаров.
Да и, откровенно говоря, малышке нужны новые сандали, летняя курточка, еще она очень хотела дождевик, а я рассчитывала, что неплохо бы подумать про набор леггинсов на размер больше. Возможно, Осипов и прав. Стоит немного расслабиться на шоппинге. Малышка, правда, вчера очень испугалась.
– Отлично! Все новые игрушки в чулане, как будет возможность сама отберешь, что можно ей доставать и в каком количестве. Сейчас на квартиру, потом в сад и небольшой шоппинг. Закончим в кафе, так как дома шаром покати, – последнюю фразу от произнес извиняющимся тоном.
Я же хмыкнула, впервые за все время реально отпуская часть напряжения. Мужчины! Что-то незыблемо…
Когда мы подъехали домой, я было хотела попросить его посидеть в машине, но Арс просто встал и открыл мне дверь, заявляя, что поможет с сумками.
Снова растерялась. Как много его стало и еще будет в нашей с дочерью жизни! Что с этим делать?
Выходила из офиса Трофимовой я вместе с Арсом. Не под ручку, но все равно с новыми странными ощущениями. Мы успели много всего обсудить. С ним, с Мирославой Илларионовной.
Теперь моя голова гудела от новой информации, а сердце сжималось из-за новостей. Потому что в отношении меня все же завели дело, и как ни пыталась смягчить эту новость моя юрист, внутренности все равно словно кипятком обдало.
Меня ждал следователь, разбирательство и очередной виток нервотрепки. А еще поднимался вопрос о том, что меня стоило заключить под стражу, чтобы я не мешала процессу.
И по поводу всего этого завтра мне следовало явиться в отдел полиции. Повестку мне вручила Трофимова. Откуда она ее достала, я понятия не имела, но стало ясно, что если бы не женщина, то вряд ли бы я увидела ее до момента, пока та не посчиталась бы просроченной.