Даже она настроена подозрительно! Хотя я убедился в том, что Уля вела себя безукоризненно. Она явно не настраивала малышку против меня. Кстати, психолог объяснила все просто: девочка считывает эмоции и реакции матери.
И как мне теперь доказать, что я достоин доверия? Быть их защитником и опорой? Судя по всему, работать здесь придется точно не с ребенком. Точнее, далеко не с ней. Сложная задачка, но я готов.
А пока требовалось встретиться с бывшей невестой. Вот же Бог отвел. И ведь мне говорили, что идея не самая хорошая. Внезапно стало интересно, что бы сказал в подобной ситуации Кольчугин.
Вот кому чужды всякие чувства и эмоции. Робот полуавтомат. Даже любопытно, чем его заинтересовала моя история. Отправился в знакомый офис.
Там меня пропустили внутрь без всяких вопросов. Я знал, что Лиза тут, у нее были определенные договоренности с семьей. Те по большей части отошли от дел в том году, оставив дочке руководство.
Нет, никто не вешал на девочку непосильную ношу. Она до этого несколько лет доказывала, что готова к подобной ответственности. Как оказалось, даже слишком.
Я наблюдал ее становление, ее рост и то, как она принимала власть. Теперь же сделаю все, чтобы увидеть ее падение, и мне плевать, кто пойдет паровозиком. Пусть они сами это решают.
Прошел дальше и на мгновение остановился перед знакомым кабинетом. Вспомнил, как мы занимались тут сексом, как она стонала подо мной во всем этом официальном образе, который ей чертовски шел.
Только сейчас от былой страсти не осталось и следа. Толкнул дверь. Елизавета ждала меня, сидя на краю стола при полном параде. Хотя даже не так…
Она явно намеревалась меня соблазнить. Как я это понял? По торчащим в разрезе юбки чулкам. По бесстыдно распахнутому вороту блузки и алым губам, что так мне нравились. Раньше.
Сейчас вся моя энергия была направлена на сдерживание гнева и желание убивать. Но, судя по всему, девушке напротив этого не понять. Она еще и ногами, как в фильме, прошлась со словами:
– Соскучился? Я знала, что ты придешь.
Не было цензурных слов в моей голове. Как там просила Трофимова? Не косячить. Ну, что ж, придется держаться. Холодно ответил:
– Лиза, я предлагаю закончить то, что ты начала. Пока не поздно. Свою семью я в обиду не дам.
– Это угроза? – она в предвкушении облизала губы и подалась вперед всем телом.
– Это констатация факта. Я все сказал и больше мне добавить нечего! – добавил я, разворачиваясь.
Ее лицо добавило каплю удовлетворения. Сперва оно шокированно вытянулось, а потом налилось дикой злобой. Маленькая, избалованная, обиженная девочка. Тьфу… Я не стану ее жалеть.