Вой напуганных женщин и крики мужиков были мне ответом, да еще, в общую какофонию вплелся горестный вой, развалившейся у заднего колеса тарантаса, Принцессы, которая поняла, что ничего хорошего в дальнейшем ее не ждет.

Для наведения порядка пришлось пальнуть в воздух из револьвера.

— Это был предупредительный выстрел, больше, до самого суда в Покровске, предупреждений не будет, вы все предупреждены. — мрачно оглядел я бывшую челядь: — Если кому-то непонятно, мне проще вас всех тут перестрелять за попытку побега, и полицейским по рублю за голову дать, чтобы вас на холерном кладбище, в общей яме, с каликами перехожими, закопали. Если вопросов больше нет, то сейчас двигаемся в сторону вокзала, к воинской площадке, Еремей веди.

Еремей ожег меня гневным взглядом, после чего, не торопясь (а быстро и широко идти арестантам, мешали мягкие, магические вязки на ногах, которыми массово снабжались все каторжные этапы, что двигались по обширным просторам Империи, неторопливо перемещаясь в те суровые места, где люди, преступившие закон, получали воздаяние за свои дела, повел людей за собой

У самого вокзала, меня поймал местный «гаишник», выскочивший из переулка и повисший на оглобле Зорьки.

— Стой! — гаркнул я арестантам и вытащил револьвер.

Не оживавший такого приветствия, полицейский побледнел, но, от Зорьки не отцепился.

— Ты что делаешь, скаженный? — задал вопрос я мужественному полицейскому, который деньги ставил выше своей жизни.

— Где номера транспортного средства и… — страж порядка обошел Зорьку и ткнул пальцем в заднюю ногу, в свежий, широкий след ожога.

— Тарантас без регистрации, у лошади стерто клеймо! Будем задерживать повозку на штрафстоянку и протокол составлять.

— Ты дурак или шпион? — я сокрушенно покрутил головой: — Не видишь, я арестантов конвоирую, а ты мне препятствуешь… Если они сейчас побегут, то первого я тебя застрелю, как соучастника.

— Какой конвой? — полицейский оглянулся: — Так, это ж бабы…

— Бабы не бабы, а в заговоре против порядка государственного управления участвовали… Кстати, у них не всех соучастников выявили, некоторые на воле остались. Сдается мне, что ты их знакомец, и не полицейский вовсе, а ряженный террорист. Ну-ка, вставай к остальным, в строй, сейчас на вокзале я тебе правеж устрою, тоже с нами в Покровск, на суд поедешь…

Видимо, что поезда в Покровск, на суд, у местного «гаишника» в ближайшие планы не входило. У полицейского хватило выдержки пробормотать «Прощения просим, ошибочка вышла, должны понять, служба», после чего сделав два шага назад, служивый, как иллюзионист, растворился за небольшим кустиком, посчитав, что лучше поискать более сговорчивого нарушителя, ну а я скомандовал арестантам «Шагом марш» и люди в сером двинулись вперед. До ворот воинской погрузочной площадки оставалось шагов сто.