— Я не понимаю! — Кладовщик уставился на меня.

— Всё ты понимаешь, — поморщился я. — Не надо включать дурачка.

— Да что я сделал-то⁈ — возмутился он и скривился от головной боли. — Водички мне хоть можно?

— Нет, — сухо отрезал Стэп.

— Мужики, — Макар поочерёдно посмотрел на нас обоих, — я в натуре ни хрена не понимаю. Может, уже объясните, в чём дело? Если я вчера спьяну барагозил, то простите бога ради, это всё вино.

— Да при чём здесь… — выдохнул я и попытался успокоиться, чтобы не начать резать пока ещё приятеля. — Ты вчера ещё с трезвого себя странно вёл.

— В смысле?

— Еву завалил во время допроса, следом пацана кончил. Да и сам поход в бункер тоже вышел подозрительным. Ты будто целенаправленно привёл нас к этим. — Я кивнул на трупы. — Ну и тот факт, что ты единственный выживший на весь кремль, тоже вызывает немало вопросов.

— Я же вам всё объяснил, — спокойно ответил он. — На завтраки я не хожу, потому и выжил. А эту стерву пристрелил… Ну простите, не выдержал я, когда услышал её слова о причине предательства. Я даже ушам не сразу поверил, думал, показалось. Она же Любку мою… Брак, да хорош ты…

— А вот у меня другая теория, — усмехнулся я. — Что, если это ты всех траванул, ну, или помог Еве это сделать? Знаешь, что самое интересное: когда один из супругов умирает насильственной смертью, менты в первую очередь разрабатывают его вторую половинку.

— Заткнись! — злобно прошипел Макар и рванулся вперёд. — Закрой свой поганый рот! Я любил её больше жизни!

— Один раз ты уже нас сдал, — резонно заметил Стэп.

— Потому что Глаз угрожал ей! Он собирался вышвырнуть её из крепости! Она бы там и дня не протянула!

— А ведь он прав, — кивнул на напарника я. — Сложно доверять тому, кто тебя однажды предал.

— Да чтоб вас! — в сердцах выкрикнул он. — Я правду говорю!

— Посмотрим, как ты запоёшь, когда мы отрежем тебе яйца. — с наглой ухмылкой произнёс Стэп.

— Фу, ты где этого дерьма нахватался? — покосился я на приятеля.

— Ну как, — смутился Стэп, — яйца ведь всем нужны. Это же страшно, когда тебе их отрезать грозятся. Да и наверняка очень больно.

— Ну режь тогда, — усмехнулся я.

— Эй, да вы чего⁈ — заёрзал Макар. — Я же свой! Я же помог вам!

— Помог ли? — Я покрутил пальцами в воздухе. — Я вот сомневаюсь.

— Брак, ну посмотри ты на меня, я же нормальный. Ну хочешь, порежь меня, но ничего другого я тебе не скажу, потому что всё это правда.

— Допустим всё так, — согласился я. — И ты действительно ко всему этому не причастен. Но ты и нас пойми, посмотри на это с нашей стороны. Завалить пленного во время допроса, завести нас в замкнутое пространство, где засел враг… Да и твоё чудесное выживание, когда вся крепость завалена трупами…