Конечно же, предыдущая мысль промелькнула лишь однажды...
Ни о какой остановке в нынешнем развитии говорить не приходилось, а если брать и будущее, то понятия «отсутствие движения» не было, а лишь сравнение его видов и возможный зрительный эффект замирания объекта…
Но всё чаще ощущал будто бы прекращение движения от однообразия своих действий. Я чувствовал тревогу от потерянности и утрату эволюционного пути. Казалось, что изменения существуют, но проходят поодаль от меня, возможно совсем рядом и почти касаются тела…
Вскоре такие мысли перестали беспокоить, потому что изменения приходили постоянно, только нерегулярно. Пейзаж наполнялся новыми цветовыми оттенками, что говорило о разнообразии бытия, о котором ранее не предполагал.
Объектов, которые облетал, чтобы не врезаться, становилось больше. Не сталкивался с ними лишь потому, что не только своими усилиями боролся за жизнь, но также «инстинктами» - действиями по изменению положения тела, которыми управлял кто-то внутри меня. Я был признателен тому, кто спасал всякий раз, когда невежество было готово уничтожить меня. Но я не надеялся на благодетеля и не прекращал собственную работу по выживанию в кровеносном мире. Как-то заметил тени от невидимых элементов. Возможно, что инстинкты ориентируются по ним и определяют безопасную траекторию движения.
Вскоре моё тело подросло, и я мог ещё сильнее лавировать между препятствиями, хорошо управляя элементами организма.
Неодинаковые по размерам иногда подобные эллипсоидным формам части кровяного тела связывались друг с другом более узкими каналами, образуя цепочку последовательно соединённых конечностей. Формы частей могли сокращаться, передавая объём соседним элементам, также каждая из них могла менять геометрию.
С ростом скорости своего движения увеличивалось и зрительное восприятие окружения. В какой-то момент времени я начал обозревать пейзажи в полной широте - новых оттенков не появлялось, а инстинкты пропали, потому что их работу взяли на себя мои многочисленные конечности.
Ближе к облакам местность пропитывалась ярчайшими красками бурлящих алых оттенков, отбрасывающих далеко-далеко свет жизни и эволюции. Множество огромных бесконечных кровяных облаков были расположены на значительных расстояниях друг от друга. Их можно увидеть как маленькие полоски света, и чем тоньше она, тем дальше от него находишься. Также были места затемнённые, с бордовыми оттенками, куда свет облаков достигал с трудом и куда кровяные капли, вероятно, не долетали.
Меня уже не сносило капельным ветром божественных источников, да и далеко от них удалился, исследуя неизвестные пространства. Будто помимо воли стремился узнать, что есть там, где оттенки красного всё более спокойных цветов, и света яркого, к которому привык, так мало. И я начал путешествие в темноту и замечал, что облака как будто и оставались на своих местах, но по мере моего отдаления, они тоже медленно сдвигались со своих мест в противоположную моему движению сторону, забирая с собой сияние эволюции.