— Что я слышу⁈ Наглеешь и смеешь задерживать мою сестру, ничтожество⁈ — к нам движется сам Паскевич-младший. Лицо красное то ли от злобы, то ли от выпитого, то ли от распирающих княжича изнутри газов.

— Дима, — супится Зина. — Никто меня не задерживал. Я сама подошла к Даниле Степановичу.

— Думаю, это неважно, Зинаида Степановна, — спокойно замечаю. — «Ничтожеством» меня уже обозвали. А за слова нужно отвечать.

— И что ты сделаешь? — оскаливается Дмитрий, уперев руки в бока.

— У меня с вашим отцом заключен договор, — напоминаю, оглядев сестру с братом. — На десять магических спаррингов. И теперь первый пройдет в рамках дуэли за честь. Дмитрий, я готов начистить твою княжескую рожу завтра утром.

— Может, не нужно? — пытается охладить наш пыл Зина.

— Начистить? — фыркает Паскевич. — Никакого глупого мордобоя. Ты теперь дворянин, так и дерись по-дворянски — магией и клинками. Тем более что сам назвал это дуэлью, значит, за мной выбор оружия.

— Конечно, выбирай, — соглашаюсь. — Но после моей победы не забудь принести извинения.

— Да хоть сто раз подряд, — смеется Паскевич. Его настроение резко меняется на радостное. Видимо, выродок давно мечтал встать со мной один на один. Только я не низкорослый ханец, меня этому снеговику даже с места не сдвинуть.

— Зинаида Степановна, вы слышали своего брата, — поворачиваюсь к княжне. — В случае проигрыша он должен извиниться сто раз подряд. А если он этого не сделает, то нам троим сразу станет понятно, кто истинное ничтожество. Давай свой номер, — обращаю взгляд на княжича. — Скоро пришлю тебе адрес и время поединка.

С яростной рожей Паскевич послушно диктует цифры. Раз я вызвал, значит, мне и выбирать когда и где драться. Я откладываю номер в памяти, на этом отворачиваюсь и оставляю расстроенную Зину наедине с ее братцем-придурком. Хватит уж на сегодня портить настроение общением с семейством Паскевичей.

Я специально напомнил о десяти поединках с княжичем и незамедлительно назначил первый. Как оказалось, выродок всё еще зол на меня, а значит, может в любую минуту сорваться и устроить какую-то западню. Лучше направить его в дуэльную струю. Пускай после первых затрещин ждет вторые, а потом третьи и так далее. Так его и прогоню через десять растянутых во времени поединков. А за это время и придумаю, как его унять раз и навсегда.

— Данила Степанович, вас просят к Владиславу Владимировичу, — возникает предо мной гвардеец в черном мундире и золотых погонах. — Пройдемте за мной.

Не струхнуть тут просто нельзя. Владислав Владимирович, просто, без упоминания фамилии может быть только один-единственный. «Красный Влад», начальник Царской Охранки, Палач Царя. Так что я, конечно, напрягся не на шутку. Первым желанием было «включить» весь Легион. Но, конечно, я обхожусь без резких движений. Если бы меня хотели убрать, то не награждали бы высшим воинским орденом.