За меня отвечает Эльдар.

— Сеструль, расслабься и получай удовольствие, — усмехается наследник Енеревых. — Уверен, Данила уже придумал, как заставить Зябликовых спеть свой последний куплет. Сейчас просто неподходящее время.

В который раз я замечаю, что мне надо быть поосмотрительнее с Эльдаром. Слишком хорошо он меня понимает. Да и вообще у него повадки хитрого проныры, но никак не наследника благородного рода. Хотя на светских вечерах он, может, по-другому себя ведет.

— Это так, Даня? — оборачивается Камила ко мне. В ответ я молча смотрю на нее как на полено.

— Ну Камил! — Эльдар хлопает себя по лбу. — Кто такие вопросы задает⁈ Что ты как пятилетка⁈

— Ой, — краснеет брюнетка, поняв, что только что сморозила. — Прости, Даня. Не отвечай.

Но я всё же отвечу, на всякий случай. Вдруг будет потом проходить тщательное расследование с участием телепатов.

— Я ничего не замышляю против аристократов, — себя компрометировать громкими заявлениями — это последнее дело. — Но всегда готов ответить ударом на удар. А с уважаемыми Зябликовыми попробую договориться.

Камила удивленно смотрит на меня, точно не ожидав таких слов. А Эльдар опять ухмыляется, нисколько мне не веря. Ну и черт с ним. Тем более, что он правильно думает.

Когда Енеревы уезжают, я вызываю гвардейцев — заняться Борзой: перенести в ангар, накормить, напоить, дать мягкую игрушку, чтоб не скучала. А сам иду в кабинет Сереги Сивых и велю ему взять квартиру Зябликовых под наблюдение. Тут очень вовремя подходит гвардеец с докладом по расшифровке видеозаписи из сломанного банкомата. Ну помните, когда еще на меня напал черно-полосатый шершнемет? Тогда гвардеец отдал поврежденные записи на восстановление своему двенадцатилетнему брату.

— Шеф, пробили, кто сломал банкомат, — гвардеец передает распечатанные снимки с объектива камеры. — Он же, оказывается, не просто сломал, но и разграбил инкассаторской отсек.

Секунды две я разглядываю довольную рожу Гены Зябликова, выносящего деньги. Мда, попался сученыш.

— Слушай, а брат у тебя молодец, — замечаю. — Фото очень четкое.

— Мой пиздюк, — довольно кивает гвардеец. — Мы им всей семьей гордимся.

Сомнений больше нет. Шершнемета спустили с поводка Зябликовы. Как и Борзую сегодня. Уже второе покушение на мою жизнь, а эти черти всё еще живы? Да как так? Срочно исправить.

Но сначала подготовка. Предварительно делаю ментальную установку Зубастику. Затем еду домой. Надо переодеться, причем максимально пафосно: дорогие часы, брендовый костюм с серебряными запонками и туфли ценой с полмашины. Еще прошу Лакомку налепить на меня дополнительные энергопластыри, что альва с большим удовольствием выполняет. Ее шаловливая ручка уже суется туда, куда клеить пластырь совсем не нужно, хотя она вовсе и не затем туда полезла. Я перехватываю тонкие пальчики и отвожу в сторону, покачав головой, отчего альва, не убавив улыбки, лишь пожимает плечами: мол, значит, в другой раз.