— А вот как… — протянул Борзов и усмехнулся уже теплее. — Знаешь, Данила в моих глазах после этих слов ещё больше вырос.

— В принципе, можем уже возвращаться в Шпиль, — замечаю я, когда Светка выруливает на каменное плато. Судя по следам, его когда-то накатали повозки — огромные, явно не людские. Разве что снежные великаны с юга могли таскать такие махины. Я, кстати, предлагал блондинке сменить её за рулём, но она упёрлась, демонстративно засунула в рот новый леденец и только сильнее вдавила газ. Впрочем, энергии я ей подбросил с лихвой, так что усталости у неё и близко нет.

День уже клонится к вечеру, солнце опустилось к закату. Второй день я не вижу смысла здесь куралесить. По дороге нам встретились ещё одни любопытные — какие-то лохмачи, низкорослые и кривозубые. Попробовали было к нам прикопаться… точнее, к девушкам. Светка, Гепара и Маша в тот момент купались в ручье, на стреме стояла Змейка, а мы с Борзовым ушли в лес по грибы-по ягоды, чтобы не смущать красавиц. Ну так вот, Змейка моментально вычислила подглядывающих и сдала их координаты Светке. А бывшей Соколовой хватило лишь взгляда: её довести просто — стоит только сунуться к ней, когда она голая, ну если это не муж, конечно. В итоге разъярённая блондинка выдала такой фейерверк, что когда мы с Борзовым вернулись мыться, берега уже не узнали. Вместо зелёного склона — сплошное пепелище.

Светка уверяла, что там сидели извращенцы. Но признаюсь честно: от жара не осталось даже костей, чтобы проверить её слова.

— Как мы ночью по горам поедем? — с сомнением спрашивает Борзов.

— Даня в темноте видит, — отмахивается Светка. — А видит Даня — значит, вижу и я.

— Кхм, это прямо как муж и жена — одна Сатана? — удивляется оборотень.

Сатана у нас только Светлана Дмитриевна, хотелось мне добавить, но сдержался, а то ведь она разобидится еще, что отделился.

— Тогда разворачиваемся, — решаю я за всех. — Но хочу ещё заглянуть кое-куда по пути обратно.

— Куда, господин? — приподняла ушки Гепара. На ней была обтягивающая майка, подчёркивающая рельефный пресс и узкую талию. Горы явно шли мутантке на пользу: она здесь отдыхала и телом, и душой. Неудивительно — всё же родом с Кавказа.

— Неподалёку я ощутил казида. Любопытно, что он делает здесь, в горах, совсем один.

— Давай допросим, — оскалилась Светка. С леденцом в зубах выглядело это скорее забавно, чем страшно.

— Всего лишь спросим, — поправляю я.

— Мазака добрррый, — с лёгким упрёком протянула Змейка.

— Кхм-хм-хм… — поперхнулся Борзов, глянув на металлическую птичку, что сидела у Маши на коленях. Княжна гладила её с довольной улыбкой, словно это был милый питомец. Видимо, оборотень вспомнил, как эта птичка по моему приказу проломила череп йети.