— Не торопись, — успокоил ее Клим. — Думаю, он тащит трофеи.

И оказался прав, Ярик прихватил два автомата, как те, что он поднял со своих трупов. И две сумки с магазинами.

— Тяжёлые заразы, по пять кило каждый, — рухнув рядом с сестрой и пытаясь отдышаться, тихо произнёс он. — Вот ещё их рацию прихватил, выключил, конечно, я таких никогда не видел. — Он показал на длинный пенал, висящий на левом борту и прикрытый магазинными сумками. — Ты, я смотрю, тоже не с пустыми руками?

Клим кивнул, а сам мысленно обратился к ИСу:

— Есть посторонний сигнал?

— Коснись её, — ответил имплант.

Николаев протянул руку и ухватился двумя пальцами за корпус чужой рации.

— Ты чего? — не понял Чек.

— Проверяю, не стучит ли она.

— Порядок, — через пару секунд отозвался ИС. — Пока не включишь, это просто бесполезный брусок из железа, пластика и прочих хитрых элементов. Кстати, это, как и автоматы, сплав технологий людей и железяк.

— Безопасна, пока что, — обрадовал всех Клим. — А теперь давайте сваливать, этих ушлёпков могут хватиться в любую секунду, а мы слишком близко. И так сегодня славно поохотились.

— Ближайшие полчаса не хватятся, — уверенно заявил Чек. — У них сеанс раз в час, я рядом с ними десять минут сидел, выбирая момент, они как раз связывались с базой, доложили, что всё чисто, и сказали, что следующий сеанс в восемь. А убрал я их чисто, даже пикнуть не успели.

Клим поднялся.

— Вперёд, — скомандовал он, перебежал улицу и скрылся в разросшихся кустах на другой стороне.

Через пять минут они без приключений добрались до бункера. Карина ушла на кухню, а мужчины сидели, катая в пузатых бокалах коньяк, наследство генерала Ломова. Правда, от этой заначки почти ничего не осталось, бутылка вискаря и две водки.

Клим выпустил струю дыма в потолок, время для рассказа ещё не пришло, вот сейчас Карина быстро сготовит пожрать, и можно поговорить, а поговорить было о чём.

— Что там случилось? — накладывая перловку с тушёнкой, спросила Плеть.

— Горячая перловка восхитительна, — с улыбкой заявил Николаев, — а холодная омерзительна, так что, давайте поедим, поскольку говорить я буду много.

— Надеюсь, не так много, как обычно, — хмыкнула девушка и начала раскладывать дымящуюся кашу по тарелкам.

— Ты хочешь сказать, что я болтун? — притворно обиделся Клим.

— Нет, я хочу сказать, что ты любитель длинных разговоров и разработки планов, которые затем срываются. А теперь жуй, пока горячее.

Дальше ели молча, только ложки стучали по тарелкам.

— Давай уже, рассказывай, — с нетерпением произнёс Чек, откладывая ложку и берясь за свою кружку со сладким чаем, на которой было криво написано «Я здесь главный». — А то меня от любопытства разорвёт.