— Был я в Убежище, нам туда дорога заказана, я имею в виду себя и Каринку, меня пытались завалить на обратном пути. Тебе я тоже туда соваться не советую. Ты вообще человек новый, комендант такое не пропустит, придётся объясняться, а ты в жизни большого мира плаваешь плохо, и проколешься.

— Логично, — согласился Клим, — этот город маленький, все друг друга знают, и крепкого мужика, пришедшего черте откуда, тут же возьмут в оборот. Но вот беда, я слышал от одного упыря, что там есть лаборатория, изучающая врага. А мне очень нужны данные.

— Лаба — громкое слово для закутка, в котором тусят два инженера и какой-то профессор. Конечно, они ведут какие-то исследования, но очень сомневаюсь, что они продвинулись далеко.

— Все равно, они обладают определенными знаниями. Кстати, ты ещё не до конца раскурочил добытого «паука»?

— Нет, все времени не было.

— Это хорошо, — обрадовался Клим, — мне нужно будет с ним пообщаться, а ещё нужно сходить в одно место и принести оставшуюся половину, но не сейчас, через двое суток, не раньше. Хотя взглянуть на твою добычу не помешает. Так что там с лабой?

— Единственное из достижений, о котором я знаю, это плазменная винтовка из оружия, снятого с разбитого сателлита. Она у главного сопротивлеца носящего кичливое прозвище Охотник.

— Странно, что не у коменданта.

— Тот хотел бы, да облом, трофеи святы, а добыли ее именно парни из сопротивления.

Карина поставила чашки на стол и молча заняла своё место.

Клим сделал глоток, с десяток секунд сидел, блаженно зажмурившись.

— Ладно, давай расклад по Убежищу. Хочу знать всё.

— У тебя голова лопнет, — шутливо заметила Плеть.

— Ничего страшного, как лопнет, так и срастется, — отмахнулся Николаев. — Слушай, а почему Плеть?

— Если коротко, попалась я одному извращенцу, он послал людей, меня вырубили и притащили ему. В общем, когда меня Ярик нашел, эта скотина ещё была жива, а в моих руках была плётка-семихвостка с вплетенной в кожу проволокой. Так и прилипло.

— Ясно, собаке — собачья смерть. Ну, а теперь, Чек, начинай, я внимательно слушаю.

Разговор затянулся, и разошлись далеко за полночь. Карина уже спала, а Таран с Яриком курили по последней и приводили в порядок кафе.

— Все, что ты мне рассказал, существенно усложняет наше бытие, — вытирая руки, устало заметил Клим. — Поклонники с технологиями противника, о которых мы имеем весьма смутное представление, а ещё этот ручной зверинец из мутантов. М-да, даже не знаю, что сказать, у меня и раньше особого плана не было, а теперь вообще ни хрена нет. Можно, конечно, сидеть в этом подземелье, пока не кончится жратва, или пока мы от скуки друг другу глотки не прогрызём, но думать нужно серьёзно.