Не успел я обработать эту информацию, как перед котом во вспышке света выпало две исписанные китайской грамотой деревяшки с примотанными к ним кисточками, которые имели мистическую подсветку. Холодное голубоватое свечение мазнуло по лицу, и на секунду мир будто стал чуть нереальнее. Я медленно перевёл взгляд на Ахиллеса, потом на «пропуск», затем снова на него.

— И чё ещё у тебя есть? — вкрадчиво интересуюсь, ибо мало ли, что он там ещё чё заныкал, а я не в курсе.

Кот на мой вопрос перестал строить из себя невинность, поправил монокль и протянул:

— Немного материалов для печатей, наличность, пару журналов «Мурлыкающий соблазн и Мяу‑Интим»... — На последних словах он немного задумался, будто сам удивился, что вообще это упомянул.

— Ну и запас «адской сатаны».

У меня снова дёрнулся глаз.

— Прям из ада? Типа черти реально гонят самогон?

Ахиллес лишь фыркнул.

— Нет, не оттуда. Название такое. После одного глотка попойка закончится, ибо продолжать более не сможешь. Ну и ещё она очень хорошо горит.

Услышав его ответ, я принял решение не вдаваться в подробности по типу: нифига ему пойло? И чё там за журналы? Потерев лицо руками, устало тяну:

— Так ладно... Мне потребуется твоя помощь.

Кот приподнял бровь, будто без слов спрашивал: «юНу чё там ещё?»

— Разведка. Мне нужно, чтобы ты узнал точное местоположение разного вида складов. Приоритет — продовольствие, медикаменты и вода. Так же, по возможности, мне нужно, чтобы ты пошарился по военной базе, желательно американской, ибо этих грабить не жалко. И выяснил, где хранятся склады с оружием и боеприпасами и где у них расположена военная техника. Справишься?

Ахиллес, услышав мою просьбу, поморщился, но кивнул.

— Это тоже займёт время. И если брать в расчёт, что тебе требуются ещё и ключи пропуска в обитель, которые, к твоему сведению, делаются не разу‑не‑быстро, то тут придётся постараться, чтобы уложиться… — На последних словах он остановился и вопросительно на меня посмотрел.

— Чем быстрей, тем лучше.

На мои слова кот дёрнул ухом, после чего прошипев что‑то матерное про бренность мира и рукожопых человеков, кивнул, принимая задачу.

Я же тем временем достал из инвентаря ранее конфискованные фуры — классическую Volvo и, если я не долблюсь в глаза, Hino 300. Означенные фуры выглядели так же, как я их туда и поместил: обе мокрые, по ним стекала оставшаяся влага после грозы, на мокрых колёсах виднелась прилипшая грязь. От металла тянуло сыростью и холодным дождём, будто сами машины ещё помнили, где стояли.

Ахиллес, увидев новую технику, поспешил отметить: