— А, что с норами в песках? А в Траве? — продолжил я развивать тему.

— Вроде, есть, — опять пожал лис плечами. — Норы, вроде как, везде есть. Только у мумров их нет.

— Это в тех горах, где, и город, и храм? — уточнил я на всякий случай, уже зная ответ.

— Ага, в них.

Мои мысли на этот счёт подтвердились. Жаль про город и храм проводник наш не знает совсем ничего. Говорит: это к лекам всё. Но при этом и сам не уверен, что ислины из дальнего клана сумеют ответить на мои многочисленные вопросы. Лисы, что идёт в разрез с распространённым во всех мирах мнением, совершенно не любопытны. За весь день наш словоохотливый проводник ни разу не спросил нас про жизнь в других поясах. Только мы узнаём от него что-то новое. К сожалению, информация эта касается в основном местной дичи. Кстати, здесь её на удивление много.

Попадаются и охотники из двуногих. Во второй день пути мы сначала встретили пару ислинов, обменявшихся с нашим проводником несколькими фразами на своём лающем языке, а ближе к полудню заметили вдалеке поднявшегося на бархан ходока. Это уже охотник, и из двуногих, и на двуногих. Великану, видимо, не страшны некие хищные кофы, которыми нас пугал Талас. Полчаса просидели под кручей, за камнем, дожидаясь, когда ходок пройдёт мимо, и, стоило великану снова скрыться в песках, продолжили прерванный путь.

Ближе к вечеру встречи с ислинами, рыскающими в предгорной полосе жизни, начали происходить буквально одна за одной. Дом клана Лус приближался. Нам уже было известно, что представляет он собой большую систему пещер, уходящих далеко под плато. Я был прав — дорогу к нему мы бы запросто нашли и без лиса. Тот в этом признался, когда я раньше срока выдал ему обещанный нож и попросил рассказать, как у них всё устроено.

Талас — профессиональный проводник идунов. Потому и говорит на общей речи так чисто. С людьми ему приходится общаться значительно чаще, чем со своими сородичами. Через его руки проходит едва ли не пятая часть всех людей, приходящих в земли ислинов из-за Кровавой. Маршрут вдоль реки — один из всего двух, которыми идуны попадают к красным горам в этой области Суши.

От переправы ещё можно было сразу двинуться дальше на север, к тому плато, что лежит сейчас слева от нас. До тех троп песчаный язык не дотягивается. Половина — ну, может, чуть больше — людей идёт тем маршрутом, другая вдоль русла. И все, кто держался Кровавой, хочешь-не хочешь, встречают на своём пути, либо Таласа, либо его напарника-сменщика, оставшегося караулить очередных гостей на уступе.

К сожалению, нас, людей, очень сложно запомнить — мы все на одну рожу — как мгновенно вылетают из памяти и наши дурацкие имена, которые Талас у нас даже не спрашивал. Мои попытки узнать, не проходил ли до нас здесь кто-либо из наших товарищей, привели лишь к тому, что ислин, поднатужившись, смог припомнить примерное количество идунов, доставленных им и напарником в дом клана в течение последнего месяца.