Что-либо делать мне не разрешается, вот и остается только думать.

Приставленная медсестра, что постоянно бдит за моим состоянием, помогает подняться на ноги. Ну, хоть это мне уже можно. Взяв меня под руку, девушка сопровождает до уборной.

– Можно мне выйти из палаты? – спрашиваю медсестру после. – Хочется подышать свежим воздухом.

– Вам на улицу нельзя, – тут же отказывает девушка.

Как же мне надоела эта палата. И воздух тут, несмотря на вентиляцию, душный. Или мне кажется это…

– Мне на чуть-чуть, – упрашиваю ее. И видя, что она снова хочет отказать, поправляюсь: – Давайте, я просто чуть прогуляюсь по коридору. Хочется хоть немного пройтись. Размять ноги. Надоело все время лежать. А тут палата проветрится за это время. Вот и будет свежий воздух.

– Это можно, – соглашается медсестра.

И так же поддерживая меня, сопровождает в коридор. В нос сразу ударяет легкий аромат лекарственных препаратов.

Уже поздний вечер. За окнами темнота. В холе приглушенный свет. Чуть далее, где находится общая комната отдыха, слышен звук включенного телевизора. От поста медсестры и из открытой двери процедурного, бьет яркий свет.

Сбоку раздается тихое шуршание. С кресел для посетителей поднимается мужчина, которого я поначалу не заметила.

– Что-то случилось? Нужна помощь? – спрашивает он.

Мои брови взлетают.

В этой больнице такое персональное обслуживание или, может, клуб заботливых мужчин? С чего такая забота?

– Ничего не случилось, – медсестра улыбается мужчине. – Мария просто хочет немного прогуляться по коридору.

Мужчина опускается на кресло. А мы продолжаем движение. Медленно. Быстро и не получится. Но, я и такому рада. Все лучше, чем валяться на кровати.

Когда мы прилично отдаляемся от моей палаты, киваю на сидящего мужчину за нашими спинами и спрашиваю у медсестры:

– А это кто? Социальный работник?

Девушка прыскает.

Что я такого смешного сказала?

– Ну, можно и так сказать, – улыбается она. На миг оборачивается и, похоже, стреляет глазками обсуждаемому нами человеку. – Отец вашей дочки приставил. Они посменно дежурят.

– Они? – переспрашиваю. – И зачем приставил?

Может, они следят за мной?

– Следят, чтобы за вами был добросовестный уход, – проговаривает медсестра и одновременно наблюдает за моей реакцией. – Докладывают своему начальнику все, что тут происходит. Обеспечивают вашу безопасность. А еще говорят, что готовы привезти или послать за необходимым для вас, если потребуется.

Чуть помолчав, добавляет, припустив немного зависти:

– Мне вот, ни один парень еще не выказывал столько заботы.

А вот я не уверена, что это забота.