Бах! Снова оглушительно громыхнуло, и громкоговоритель замолчал. Парочка дверей в коридоре отворилась, и оттуда выбежали люди. Увидев меня, они помчались в другую сторону и скрылись на лестничном пролёте. Думаю, по всей лаборатории учёные бегут к убежищу. Акимова! Она ведь сейчас находится без чувств и погибнет, если ей не помочь.

На улице началась стрельба. Я осторожно высунулся в окно, но тут же отпрянул, потому как по мне отработал снайпер. Обложили. К счастью, стрелок поторопился, иначе сейчас я бы валялся на полу с дыркой во лбу и вырванным куском черепа на затылке. Или меня не хотели убивать?

Не высовываясь из укрытия, я лихорадочно пытался понять, кто именно стрелял, потому как на дороге рядом с лабораторией горел перевёрнутый боевой челнок доминатов, а само здание оцепили бойцы корпорации «Юникорн». Ума не приложу, что они здесь забыли. Нет, конечно, я догадываюсь, что «единорожки» примчались по мою душу, но как им удалось так быстро меня найти? Не удивлюсь, если у них есть двойные агенты.

Так, нужно уходить, иначе меня обязательно найдут. Если не прикончат раньше.

Сорвав с пояса дымовую гранату, я швырнул её перед собой. Как только коридор заполнило едким дымом, рванул с места и постарался в кратчайшие сроки добраться до выхода на другой стороне этажа.

Центральный вход точно не годится, попробую прорваться к дроиду. Вместе мы непременно что-нибудь придумаем. Многое зависит от того, насколько «Юникорн» на меня обижен. Если здесь обычный отряд, я смогу уйти без особых проблем, но если за дело взялись профессионалы…

Нутром я чувствовал, что не всё так просто, и горящий челнок доминатов лишь подтверждал мои догадки.

Уже возле выхода наткнулся на первых бойцов, которые заблокировали двери. Швырнул им плазменную гранату и вернулся на этаж. Придётся прыгать! Не удивлюсь, если окна под контролем снайперов, но где наша не пропадала? Плазменных гранат у меня больше нет, а пробиться через штурмовые группы «единорожков» мне точно не светит — силы явно неравны.

Как назло, швырнуть в окно было нечем. Дурацкие лаборатории — ни одной лишней вещи в коридорах. В другое место зайдешь — там тебе и цветы в горшках, и тумбочки, кувшинчики, всякая мелкая дрянь, которую не жалко и разбить… А тут — голые стены. Даже лампы вмонтированы в потолок.

Неизвестно, что случилось бы, выпрыгни я в окно. Узнать об этом уже не удастся, потому как в коридор влетела граната с удушающим газом.

А вот это запрещённый приём! Применение такого оружия вообще под запретом, но, как правило, свидетелей, которые могли бы пожаловаться, не остаётся.