После смартфона к такому аппарату нужно было привыкнуть.
На том конце раздался голос Криса:
— Слушаю.
— Привет, это я, — поспешила оповестить я.
— Кейт? Привет.
Его голос явно смягчился, потому что первое «слушаю» было сказано достаточно резко. Он же ожидал, что ему позвонит его водитель, так что всё нормально.
— Крис, я не успела связаться с Ники, — я посмотрела на зеркало и увидела, как на меня на секунду хмуро глянули, после чего мужчина за рулем снова вернул внимание к дороге. — Мне сказали, что она не поедет со мной?
— Ах, да, — он будто бы улыбнулся, голос его был расслабленным. — Она пыталась позвонить тебе, но не дозвонилась, поэтому сообщила мне, что за ней не нужно заезжать. Она приедет сама. Так что, я так понимаю, обратно вам уже не понадобятся услуги Дэнни, — посмеялся он.
Я чуть выдохнула, но всё ещё была напряжена.
Ники бы сказала мне, если бы её планы поменялись. Последнее, о чём мы договорились, что поедем вместе на том самом транспорте, который пришлёт мне Крис. Но она успела упомянуть, что её родители уехали в отпуск, поэтому, может, она действительно решила взять машину отца.
Да. Это всё объясняет.
— Хорошо, просто что-то с телефоном. Пока что он сдох, — решила отшутиться я, выдавив что-то вроде улыбки.
— Не переживай, вам ехать ещё около пятнадцати минут. Тут уже всё будет хорошо со связью так что я вас уже жду, и конюшня тоже! — Он легко рассмеялся, разряжая атмосферу.
— Хорошо, — кивнула я самой себе.
Он сбросил трубку.
Я передала телефон Дэнни, и он ловко засунул его в карман куртки.
Мы достаточно быстро двигались, никуда не сворачивая. Уже впереди виднелась табличка «Кролли — 25 миль», и мы свернули прямо перед ней.
Проследовав куда-то вглубь, недолго лавируя по уже почти грунтовой дороге, мы выехали к хорошо освещённому особняку.
Я рыдала без остановки. Мои попытки отыскать выход из этого сырого и тёмного места не увенчались успехом. Наверное, я как слепой крот около часа ощупывала каждый сантиметр этой дряхлой комнатки.
Нормальным помещением это было не назвать. Каждая стена состояла из старых деревянных досок, а щели между ними были залиты монтажной пеной. Размер комнаты был не больше шести квадратных метров, а на полу лежал отвратительный, испачканный неизвестно чем намёк на матрас. Хотя даже это слово ему совсем не подходило. Скорее, какое-то когда-то плотное одеяло.
Тусклая лампа в углу свисала над всем этим ужасом, и только когда я выбилась из сил, её свет начал казаться ещё слабее.
Я винила себя, ругала, ненавидела за то, где оказалась. Никто не был к этому причастен, кроме моей наивности и идиотизма.