Впрочем, Сазонов сегодня обращал мало внимания на комфортабельность - ему нужна была вся возможная скорость авто. Ведь он опаздывал на совещание под председательством самого императора... И конечно, "уважительная причина" у министра была! Сазонов до последнего консультировался с русскими дипломатами в Сербии и Болгарии, Австрии и Германии, а также провел личную встречу с французским послом - Теофилем Делькассе.
Но все же задерживаться на столь серьёзное и важное мероприятие Сергей Дмитриевич совершенно не желал. И именно из-за чрезвычайной спешки министр иностранных дел не замечал ни ставшего уже привычным комфорта отечественного авто - а позже и внутренних убранств дворца великого князя... Сазонову стоило определенных усилий, чтобы не ворваться в залу, где проводилось собрание - а выровнять дыхание, и войти внутрь с чувством собственного достоинства, так необходимого дипломату.
Впрочем, его встретили недоуменные, а где и раздраженные взгляды присутствующих... Но в глазах Государя читался лишь один единственный вопрос - и Сазонов, прочистив внезапно севшее горло, коротко выдавил:
- Война.
Одно единственное слово произвело на собравшихся совершенно разное впечатление - но никого не оставило равнодушным. Так, император мгновенно побледнел, лицо его потемнело; тем не менее, Николай Александрович распрямился, расправил плечи - хотя и с некоторым трудом... Так, словно на них в одночасье легла непомерная тяжесть гранитной плиты.
Примечательно, однако, была реакция великого князя - Николай Николаевич подался назад, словно бы отстраняясь, словно бы ошеломленный последней новостью. Однако в глазах ветерана русско-турецкой войны на мгновение, всего не мгновение плеснулось торжество... Вот только чему радовался старый вояка? Новому шансу вновь испытать себя в деле - или тем возможностям, что дарует война?
Будто Русско-японской было мало...
Прочие собравшиеся, однако, были подавлены последней новостью - все, кроме военного министра Сухомлинова. Владимир Александрович предлагал мобилизацию трех военных округов на границе с Австро-Венгрией и Румынией ещё с осени - ибо риторика Габсбургов становилась все более и более воинственной с каждой новой победой Балканского союза... Однако нашла коса на камень: Сухомлинов не сошёлся со своим тезкой, министром финансов Коковцовым Владимиром Николаевичем - осуществляющим также функции председателя совета министров. Коковцов регулярно "поджимал" армейские расходы - и был категорически против любых обострений во внешней политике, угрожавших России войной.