— У нас так принято.

— Да я понимаю, — кивнула я, — тем более я новичок. Ещё ляпну что-то по незнанию. А смущать умы прихожан — плохо.

— Правильно думаешь, — более внимательно присмотрелся ко мне Всеволод. — я сам лично приду твой доклад послушать.

Я внутренне усмехнулась. Вот большая рыбка и попалась на крючок. Внезапно я ощутила на себе чей-то взгляд. Немного скосив глаза, увидела, что это Ростислав. И маленькая рыбка походу тоже.

Интересненнько. Чем дальше в лес, как говорится…

Со Всеволодом мы обсудили детали и я, ликуя в душе, пошла домой.

Дома было тихо. Лишь невнятное бормотание нарушало абсолютную тишину. Терзаемая дурными предчувствиями, я, не разуваясь, ворвалась в детскую комнату. Открывшаяся картина заставила меня рассмеяться (но, конечно же вслух смеяться я не стала). Перед телевизором на диване чинно, в рядочек, сидели дед Василий, Анжелика и Ричард. И внимательно пялились на экран. А там, за голубым монитором выступал Кашпировский:

— Побудьте с открытыми глазами. Сориентируйтесь в обстановке, где вы находитесь, — вешал знаменитый гипнотизёр, — около вас не должно быть острых предметов… вы должны быть далеко от огня… вы должны быть в устойчивом положении… вы должны иметь точку опоры…

Заиграла музыка, Анжелика со вздохом опустила голову.

— Среди вас есть такие, кто не сможет долго смотреть на меня… ваши глаза закроются… это нормально… это абсолютно нормально… знайте, что я это знаю…

Я тихо закрыла дверь.

Не буду мешать. Удивительно, как вся страна. В едином порыве сидела перед телевизорами и вглядывалась в глаза этого человека. И, главное, верили же!

Я как раз замешивала тесто на оладушки, когда на кухню прошел дед Василий. Он уже не так сильно стеснялся, как в первые дни, и даже иногда заходил на кухню поболтать.

Вот и сейчас, зашел и сел за столом, сложив перед собой большие натруженные за век руки. Он молчал, а я первая разговор не начинала. Знай помешивала тесто в миске, добавляя понемногу муку.

Наконец, он не выдержал первым:

— Уже огурцы сеют, — вздохнул дед Василий и внимательно посмотрел на свои руки.

— Ага, — ответила я и добавила еще немного муки.

— И кабачки! — укоризненно поднял взгляд на меня любашин отец.

— Ага, — подтвердила я и накрыла тесто чистенькой салфеточкой. Пусть немножко дойдёт.

— А соседка Пелагея небось уже и капусту посадила, — дед Василий вздохнул и огорчённо пожевал губами.

— И что? — первая таки не выдержала я.

— Да вот… — вздохнул дед, — просто говорю.

— Домой хочешь? — сказала я и вытащила сковородку из ящика.

— А кто ж домой не хочет? — отвёл взгляд старик и вздохнул.