Признаться честно, ее намека я не понял от слова совсем, поэтому в очередной раз только пожал плечами.

— Видишь ли, тут ты не совсем прав, — продолжила она разговор. — Согласно Кодексу, ты мог бы вызвать на официальную дуэль главу рода Булгариных. Ну, точнее, его наследника.

— Да? И что с того? — скептически уточнил я. — Он ведь, насколько я понимаю, маг?

— Маг, совершенно верно, — с готовностью подтвердила девушка. — Насколько мне известно, сейчас он учится на втором курсе Московской Магической Академии.

— Отлично, просто замечательно, — мой голос буквально сочился сарказмом. — То есть ты сейчас всерьез предлагаешь мне вызвать на поединок обученного мага и героически погибнуть? Перспектива, прямо скажем, так себе.

— Хм… — девушка, кажется, смутилась. — Извини, я как-то не подумала об этом с такой стороны. Но, насколько я понимаю, твой дар, пусть он и пробудился довольно поздно, потенциально невероятно сильный. Так что, в принципе, в будущем ты вполне мог бы это сделать.

— Алена, — укоризненно произнес я, стараясь придать голосу твердости. — Давай договоримся раз и навсегда: мы эту тему больше не поднимаем. Я не собираюсь никого никуда вызывать!

— Хм… — девушка одарила меня каким-то странным, задумчивым взглядом. — Хорошо. Договорились. То есть ты действительно о войне совсем ничего не помнишь?

— Нет, — отрезал я, давая понять, что разговор окончен.

Мне решительно не нравилось, в какое русло свернула наша беседа. К тому же, как я ни старался, память Соболева по поводу того времени упорно молчала. Хотя, по моим подсчетам, ему тогда было лет десять — вполне себе осознанный возраст.

— А как же родственники? — тем временем не унималась девушка, проигнорировав мой тон. — После того как ваш род официально признали проигравшим… Неужели никто из них не мог тебе помочь?

— Как видишь, никто не помог, — проворчал я, чувствуя, как во мне закипает раздражение. — Может, кто-то и мог бы, но, по всей видимости, все предпочли от меня отказаться. Слушай, эта тема мне по-настоящему неприятна. Ты вообще с какой целью всем этим интересуешься?

Нужно было сразу пресекать подобные допросы на корню.

Девушка, по-моему, слегка обиделась на мою резкость, но, честно говоря, мне было все равно. Зато больше никаких вопросов мне не задавали. Оставшуюся часть пути разговор как-то сам собой затих, и вскоре мы подъехали к моему дому.

Едва войдя в квартиру, я без сил плюхнулся в кресло. На часах было всего десять вечера, а чувствовал я себя совершенно разбитым, словно разгрузил вагон с углем. Голова гудела от калейдоскопа впечатлений, выпитого шампанского и тяжелых мыслей. Непростой разговор с графом Толстым, странное любопытство Алены, неожиданная встреча с Суворовым и его рыжеволосой спутницей — все это смешалось в один тугой, неприятный узел, который совершенно не хотелось распутывать. Сил хватило только на то, чтобы наскоро принять душ и рухнуть в кровать. Сон пришел практически мгновенно, тяжелый и без сновидений.