— Крагг, — добил я. — С меня поляна в «Ржавом Клыке».
— Друг мой! — мигом расплылся орк в улыбке и обнажил клыки. — Так чего же ты молчал! Водопад так водопад!
Вся наша команда тут же расслабилась. Эльфийка обворожительно улыбнулась, а гоблины оскалились, предвкушая очки. Ящеры разделились во мнении, но это было неважно. Крагг фыркнул и поднял руку:
— Гр-р-р, чёрт с вами! Идём к водопаду, я так решил. Если кто-то против, готов отрубить ему голову прямо сейчас, чтобы время не тратили и вернулись в Авалон. Нет желающих? Так и думал.
Дэвид и Катя на произошедшее не отреагировали. Американец просто пожал плечами и отвернулся, а Катя сидела, глядя в костёр. Её лицо стало непроницаемым, но я знал, что мои слова задели её. Поделом, возможно, впервые задумается о том, что её путь и убеждения — не единственные.
— Ну решено, — я улыбнулся. — Утром идём к водопаду. Альверин, мы же успеем?
Всё это время молчавший гигант кивнул.
— Вы приняли верное решение, воины. Мы будем с вами. Женя, ты обладаешь истинным духом. Не потеряй его, и в тебе никогда не вызреет сомнение.
Когда все разошлись, я завалился у костра. Дрова приятно простреливали, пламя обдавало теплом, и сон навалился за пару минут.
Кто-то осторожно толкнул меня в плечо.
— Женя, проснись, — донёсся шёпот Лены. — Нам надо поговорить.
Я открыл глаза, поморщился от тусклого света и протёр лицо ладонью. Лагерь был погружён в предрассветную тишину. Костёр почти догорел — осталась лишь горстка тлеющих углей. Я сел, кивнул Лене, поднялся и оглянулся. Наш отряд спал, но криспы… они не спали, как остальные. Их высокие фигуры стояли неподалёку, чуть покачиваясь, как простые деревья на ветру. Ветви опустились к земле, будто в поклоне, а корни слегка углубились в почву. Кора светилась мягким сиянием. Тилль, с цветами на плечах, чуть дрожал, и его мох шевелился, будто дышал. Это было как красиво, так и жутковато — как будто они не отдыхали, а общались с лесом, объединялись одной общей жизнью и созиданием.
— Чего тебе, Лен? Ещё же темно, — пробормотал я, подавляя зевок.
— Знаю, но это важно. Отойдём? Чтобы никого не разбудить, — она уже потянула меня за рукав, и в её движение было столько настойчивости, что пришлось плестись за ней.
Мы углубились в лес, шагая по мягкой земле, усыпанной опавшими листьями и, наконец, остановились вдалеке от лагеря возле ряда деревьев. Их ветви сплетались над головой, образуя купол, через который пробивались первые лучи солнца.
Лена повернулась ко мне. Её лицо выражало серьёзность, глаза блестели, но в них легко читалась тревога, смешанная с упрямством. Она сжала кулаки, будто собиралась с духом.