— Они отпугивают птиц, — напомнил Ит.

— Значит, данная птица была не из пугливых, — пожал плечами Скрипач. — Собственно, какая нам разница? Полезли есть, только не торопись, она на ветках еле держится.

Около куста они провели почти полчаса, а потом долго отмывали руки — голубика оказалась удивительно сладкая, нежная, и потому липкая. Ягоды лопались в руках, и оба они основательно перепачкались, но зато наелись в результате почти что досыта.

— Утром ещё раз сюда заглянем, — предложил Скрипач. — Соберем и съедим то, что осталось.

— Не думаю, что там много осталось, — вздохнул Ит. — Хотя какая разница? Конечно, заглянем. Почему я не сажал у дома голубику? Даже вспомнить не могу.

— Ты смородину сажал, но она не прижилась, — сказал Скрипач.

— Да, было дело. Видимо, я сажал неправильно, или надо было заказать адаптацию, а я почему-то про это забыл. Если всё будет нормально, и всё прояснится, обязательно такую посажу, — пообещал Ит. — Она просто невероятно вкусная.

— Это да, — согласился Скрипач. — Особенно с голодухи. А теперь давай скорее ложиться спать, пока снова есть не захотелось.

Утром, хорошо выспавшись, они начисто ободрали несчастный куст, и даже собрали с земли опавшие ягоды — чего добру пропадать? Оба чувствовали себя гораздо лучше: хорошо выспались, да и еда, пусть только в виде голубики, придала сил.

— Давай сегодня тридцатку сделаем, — предложил Скрипач.

— Я не против, — пожал плечами Ит. — Но не всё от нас зависит. Если снова что-то случится…

— То лучше бы этому чему-то не случаться, — отрезал Скрипач. — Не надо, чтобы случалось. Я хочу просто идти, желательно без происшествий.

— Ничего не имею против, — заверил Ит. — Идём?

— А что делать.

Первые два часа дороги получились просто замечательные. Они в хорошем темпе одолели почти семь километров — для сложной местности вполне приличная скорость, особенно с учетом того, что приходилось обходить скалы и пробираться через заросли — но потом путь им преградила глубокая лощина. Спускаться вниз, а потом подниматься? Бессмысленно, на это уйдет слишком много времени. Придется снова подняться выше, и попробовать миновать препятствие по верху.

— Дурацкий рельеф, — ворчал Скрипач, когда они, сняв худи, снова полезли в гору. — Вот так ведь всё хорошо начиналось, но нет! Нужно было организовать очередную дыру в земле, и этим опять удлинить дорогу. Паршивая планета. Ну очень паршивая планета.

— Планета тут при чем? — спросил Ит с упреком. — Обычная планета. Или ты считаешь, что на других планетах предгорье устроено иначе?

— Ничего я не считаю, мне лезть вверх, а потом снова вниз не хочется, — ответил Скрипач. — К тому же мы не знаем, как там будет с обходом. Отсюда ничего не видно, пока не дойдем, не поймем.