— Там тонны всякого шлака, — с тоской сказал Скрипач. — Найти в этой куче нужную фамилию… ууу… н-да, задачка не из лёгких.

— А нам никто и не обещал, что будет легко, — усмехнулся Ит. — Убери за кошкой, пожалуйста. Она снова всё запачкала.

— Ты её приволок, вот ты и убирай, — сказал Скрипач сердито. — А я пока ей лапы и морду помою. Бао, иди сюда, — позвал он. — Бао, Бао, кис-кис-кис! А кто это у нас такая грязная кошка? Иди сюда, говорю, куда с такими грязными руками на диван⁈

Вечером этого же дня отправились в гости к Элин. Собственно, о визите договорились ещё пару дней назад. Шли не просто так, а по делу: у Ита хорошо взошли красные циннии, а у Элин, по её словам, получался избыток фиолетовых, поэтому было решено произвести равноценный обмен частью рассады. С Элин они сошлись быстро, и в достаточной степени легко. Как только она поняла, что старший из братьев неплохо разбирается в том, что касается растений и посадок, она моментально подобрела, и даже пару раз уже заходила к ним в гости сама — и посоветовать что-то, и просто попить чаю.

— За что вас сюда отправили? — спросил как-то Скрипач, когда Элин пришла к ним в гости. — Вы такая милая женщина, по вам не скажешь, что вы способны на что-то плохое.

— Отправляют не только за плохое, — вздохнула в ответ Элин. — Могут отправить за мысль, за намерение. Таких поселков, как Лимен, на весь Окист всего десяток, это показатель того, что подобное происходит редко, но… — она пожала плечами. — Но всё-таки происходит. Что же до моей вины, то она проста и незамысловата. Я отправлена сюда за веру.

— За веру? — искренне удивился Скрипач. — Разве за веру можно…

— Можно, — кивнула Элин. — Я слишком яростно предлагала свою веру другим. Моя вера пришла со мной из моего родного мира, и отказаться от неё, либо же перестать рассказывать я не могла.

— И что же это за вера такая? — спросил Ит.

— Я не имею права говорить о ней, — Элин коротко глянула на потолок, словно следящая система могла иметь точку для наблюдения именно там. — Могу лишь сказать, что моя вера была связана с природой. Это красивая вера. Я ошибалась, думая, что такая вера здесь будет позволена другим.

— Грустно, — вздохнул Скрипач.

— Да, это невесело, — согласилась Элин. — Мне кажется, что я напугала их. Я работала в китайской коммуне, мы ухаживали за растениями, и… люди, которые работали со мной, быстро прониклись моей верой. Оказывается, это запрещено, потому что здесь верят в иное.

— Здесь есть основные концессии, — согласно кивнул Ит. — Но мы ни разу не слышали о том, чтобы кого-то преследовали за подобное.