Увидев все, что хотел, я вынырнул в реальный мир, но и там обстановка выглядела откровенной унылой. А единственной разницей по сравнению с темной стороной было то, что в грязи имелось множество отпечатков босых ног, большинство из которых имело метку убийцы.

— Мастер Рэйш, а на этот след можно встать? — задал напрашивающийся сам собой вопрос ученик.

— Можно, конечно. Но это будет след мертвеца.

— Почему? Разве Альтис Шоттик мертв?

— Нет, ученик. Ферза сообщила, что его душа к ней пока не отлетела. Так что Шоттик вполне может быть жив, однако поглотившее его безумие сделало создаваемые им тропы такими же хаотичными, как и его мысли, поэтому его след будет обрывочным, и отследить по нему беглеца нельзя.

— Что же тогда делать? Как нам его найти?

Я молча бросил дополнительный поводок брату и вопреки здоровому смыслу все-таки приценился к отпечаткам.

— Арт, ты сдурел? — тут же отреагировал Мэл.

— Мастер Рэйш, что вы задумали? — не на шутку всполошился при виде моих приготовлений Роберт.

— Хочу попробовать… Вдруг удастся отследить цепочку?

Мэл тут же нахмурился, мальчик прикусил губу, однако след мертвеца я ему уже показывал, так что Роберт прекрасно знал, какие ощущения он вызывает. Как и то, куда он приведет. Но для меня сейчас было важно другое — я хотел понять, отличается ли след Шоттика от следов, скажем, Йена, которого я таким образом смог отследить, благо Тьма сдала мне его с потрохами. Тогда, несмотря на то что следы у нас с ним почти одинаковые, для меня это большого труда не составило. Да и Тьма мне все еще благоволила. Поэтому я подумал, что с Шоттиком тоже может получиться, после чего отыскал самый четкий отпечаток, осторожно на него наступил и…

Практически сразу меня с него столкнули.

Причем грубо, бесцеремонно. С такой силой, что я едва не упал.

— Демона печенка!

Какое-то время после этого мне пришлось постоять в сторонке, восстанавливая дыхание, тряся гудящей головой и справляясь с рвотными позывами. И только после того, как в глазах прояснилось, а в голове слегка рассеялась кроваво-красная муть, я смог выпрямиться и проанализировать то, что увидел.

Когда я шел по пятам Йена, это было неприятно, порой даже очень, но вполне терпимо. Гул в голове, дрожь в коленках, подкатывающая к горлу тошнота… Тьма оберегала от чрезмерных последствий, да еще и подсвечивала оборванные цепочки следов, поэтому мне не составило труда с собой справиться. Ну а когда я освоился и привык, то заставил Норриди немного побегать, а сам просто открывал одну за другой прямые тропы, от одного следа к другому, и спокойно нагнал Йена, чуть не доведя его до заикания.