— Именно.

— Но зачем вам это? Ты просто потеряешь время на эту возню, я уже молчу о людских потерях. Все это время некому будет добывать руду. Если же ты пойдешь на союз с нами, ты и так получишь все, что сможешь добыть без нас, только без потери времени. Зачем тебе бегать по степи за кочевниками или осаждать наш город, если можно обойтись без этого?

— Ты говоришь разумные вещи, раджа Махавир, — после короткой паузы признал Амитабх с легкой улыбкой, чувствуя себя хозяином положения, ибо прекрасно понимал ту непростую ситуацию, в которой оказались остатки арья. — Хорошо, я заключу с вами союз и даже скрепим его кровным родством через твою свадьбу с моей дочерью Удитой. Она вполне подойдет для тебя, тем более что ты можно сказать ее духовный брат…

На это Махавир мог только кивнуть, невольно вскинув в удивлении брови, как только понял значение имени — сумевшая подняться. Сразу же возникал вопрос, дескать это как же надо было упасть, чтобы после того, как ты встал, тебе поменяли имя. Что до духовного братства, то да, его тоже можно было назвать сумевшим встать.

Ухмылка Амитабха в этом плане не сулила ничего приятного.

«Оставалось только надеяться, что это никак не связано с излишним весом, — подумал он. — Остальное я переживу. А то ведь тоже для некоторых из них подняться — подвиг».

«Вот же мать твою!» — мысленно воскликнул Махавир, узрев свою невесту.

Нет, жирной они не была и это совсем не радовало. У него даже возникла мысль, что лучше бы уж она была жирной — лишнее можно было бы обрезать… Но скотоводческие общества не способствуют таким явлениям, да и земледельческие тоже, если уж на то пошло.

«Что бы с ней ни произошло, гуманней было бы добить», — невольно подумал Махавир в следующий момент.

Невеста шла самостоятельно в сопровождении двух суровых на вид возрастных теток, что видимо не столько являлись ее почетной свитой, сколько должны были удержать девушку от падения, потому как шла она очень… неровно, мягко говоря. Хромала на обе ноги и казалось, что вот-вот упадет.

Но и это еще не все. Все ее тело было каким-то скособоченным. Левое плечо явно ниже правого.

Лицо не видно из-за а-ля фаты — куска ткани, подвешенного так, что остались видны только глаза и в них при каждом шаге отражался приступ боли. Поскольку у арья не было обычая скрывать лицо невесты, то Махавир резонно предполагал, что и у абха таких традиций тоже быть не должно, те так уж давно они разделились, а значит тряпка эта чисто для утилитарных целей — скрыть личико.

«У нее еще и с левой рукой какие-то проблемы, — отметил он тот факт, что левая рука находится в полусогнутом состоянии. — Как она до сих пор морально не сломалась и не покончила с собой?..»