— Чертова контора, не могли повесить лампы дневного света в антивандальном светильнике. Я ни черта не вижу. Надо было надеть очки ночного видения, — из темноты доносился чей-то хриплый мужской голос.
— Кто же знал, что она не стандартно думает, — кто-то зашепелявил в ответ.
— Руководство знало. Где ее искать? — ответил ему хриплый.
Какие молодцы, разговаривают, бери их тепленькими. Тихо подкралась к одному и ударила двумя пальцами в пульсирующие точки. Гражданин шлепнулся, как мешок с добром. В коридоре народ засуетился, участился пульс, и дыхание стало горячем. Алые точки запульсировали сильней. Добралась до второго и также вырубила. Третий начал палить в разные стороны.
— Друг, я на потолке сижу и тебя сейчас съем, — хохотнула я.
Он выстрелил в потолок, а я ему ткнула пальцами в шею и он обмяк. Слышала, как за дверью дышит Катерина. Я стала стучать по железному полотну.
— Катя, открывай, — крикнула я, — Все в отключке, им нужна помощь.
Она чуть приоткрыла дверь. Я дернула на себя со всей силы. Женщина влетела в темный коридор. В глазах снова страх.
— Пошли, — смягчилась я.
— У тебя рука в крови, — сказала она.
— Порезалась об лампу. Дальше что? — спросила я, — Прыгать с высотки, или разрядите в меня пулемет или атомную бомбу?
— Мы видели, как ты сбежала с больницы, так что прыгать не надо. Пулемет тоже никто разряжать не будет. Идем в кабинет.
— В бронике? — ухмыльнулась я.
— Можешь в бронике. Руку надо обработать. Там тесты еще пройти всякие разные нужно. Еще должен был быть бассейн, но пока отозвали проверку. Ты в темноте хорошо видишь?
— Нет, я не вижу, я слышу. Не такая уж выдающаяся особенность. При регулярных тренировках любой человек сможет ей обладать. Вон воины всяких единоборств умеют драться с завязанными глазами, а у вас какие-то недоделки, не профи. Еще и базарят в темноте, — фыркнула я.
Катерина промолчала и не стала мне ничего объяснять.
Опять коридоры, лестницы, холлы с бюстом Дзержинского и пальмами. Завела меня в какой-то кабинет с деревянными панелями обыкновенными письменными столами и стульями. Ни компьютера, ни офисной техники здесь не было, только старенький советский телефон, да сейф в углу кабинета. Было ощущение, что попала я прошлое, в эпоху застоя. Катерина показала мне на стул, достала вату, перекись и клей БФ из ящика стола. Она обработала мне руку. Налила воды из графина в стаканчик, предложила попить. Пить действительно хотелось, но я опасалась.
— Пей спокойно, на опыты пока тебя никто сдавать не собирается, — поняла она меня.
Выпила два стакана воды. Она положила на стол ручку и бумагу с какими-то тестами.