— Так, господа, я вас выслушал. Служите вы явно не тем, кому следует, а потому облагаетесь штрафом. Для начала. Оружие и ценности на стол.

Потом Ларион выпроводил всех пятерых, постаравшись, чтобы они не сразу вспомнили о прошествии в кабаке.

Тем временем Александр, наконец, добрался до чуланчика, где хранился оставленный на хранение Ниловым столик — круглый, с единственной ножкой на прямоугольном основании. Покрутив его со всех сторон, Еремеев не обнаружил ни малейшей щелки, куда можно было просунуть ключ.

«А ларчик-то непросто открывается, — тяжело вздохнул кладоискатель. — Попробуй еще, отыщи здесь тайник».

После некоторых усилий столешница выкрутилась из опоры, однако цилиндрическая ножка внутри оказалось пустой.

Еремеев попытался разобрать опору и основание. Пальцы от усилий захрустели, но отсоединить детали не получилось.

«Дайте мне топор, и я изрублю эту деревяшку в щепки! Не может тут не быть схрона. — Он наступил на основание и дернул неподатливую ножку на себя. Раздался противный скрежет, опора наклонилась. — А ну-ка, попробуем тебя раскачать, дорогуша!»

Паз в оставшемся на полу основании оказался квадратным, поэтому и не позволял вращать ножку, а когда Александру удалось ее вытащить, на дне паза отыскалась подходящая прорезь.

«Как там говорил Буратино? Был бы ключ, а куда его вставить, мы отыщем», — кладоискатель достал из кармана отмычку.

После недолгих мучений Еремеев извлек из тайника два незапечатанных конверта.

«Неужели весь сыр-бор из-за этих писем?» — Он вытащил первое, адресованное Тадеушу, и начал читать. Несмотря на латинский шрифт и корявый почерк, узнаваемых слов там было вполне достаточно, чтобы понять общий смысл.

Пана Тадеуша благодарили за успешную операцию по уничтожению какой-то важной шишки Витебска, обещали предоставить сотню солдат для нападения на Крашен, а также помочь с Черной морью и колдунами для захвата болотной нежити и проведения ритуала, призванного уничтожить дружину Смоленска. Сообщали также о ценном живом грузе, который под охраной направили из того же Витебска.

Второе письмо, похоже, писал сам Тадеуш. Он просил в течение месяца подготовить тысячу воинов для вторжения в Смоленскую республику. О точной дате обещал уведомить за неделю до срока…

«Вроде всего две бумажки, а в них, можно сказать, смертный приговор пану Тадеушу. Теперь хотя бы понятно, почему он так хотел найти Нилова. А вот как столь опасные письма могли попасть в чужие руки? И дураку ясно, прочитал — сожги. Надо поскорее доставить эти бумажки нужным лицам. Кому? У меня на примете только отец Серафим. Но не факт, что он сейчас в храме. Пока будут искать, будить и везти, точно утро наступит. Как же руки чешутся набить морду коварному шляхтичу! В глаза его не видел, однако сомнений нет: тот еще урод. — Прилив адреналина напрочь отогнал остатки сна. — Кстати, об уродах. А не сходить ли в ресторанчик „Потьма“, вдруг меня там Прохор дожидается?»