Про огневика нелестно отозвался Борич при возвращении из Крашена. Он обронил буквально несколько слов: «Квелый он какой-то, когда действовать надобно, зато в другое время главного из себя корчит». Это высказывание подвело к мысли, что нужно искать нового специалиста по магии огня, но сейчас у Александра имелись более важные дела.

Еремеев полагал, что после доклада пограничников у членов Вече должно возникнуть много вопросов к Тадеушу. Если шляхтич в них увязнет, то, глядишь, станет не до какого-то там купца.

«Хотя не стоит тешить себя пустыми надеждами. Этот гад просто так не отстанет — я ему уже столько планов порушил, а если выяснит, что Никита и Данила — одно лицо, засуетится еще сильнее. А вот я до сих пор не понял, чего шляхтичу нужно было от Нилова? Наверняка не какой-нибудь пустяк типа того же стола, о котором говорил владелец 'Жирного налима».

Александр продолжал валяться на кровати. Он отказался от обеда и даже окна закрыл ставнями, чтобы свет не мешал спать. Но нахлынувшие мысли с упорным постоянством отгоняли сон.

«А с другой стороны, зачем ополченцу какой-то столик? Почему он не принес его в комнату, где обитал, а решил оставить в кабаке? Например, у того же отца Пафнутия в ножке вообще оказался тайник, да еще с такими важными документами, что впору в сейфе хранить… ТАЙНИК???» — Еремеев подскочил, как ужаленный.

«Наверняка приобрести в Смоленске мебель с секретами не проблема. Если у Нилова за месяц не нашлось надежных знакомых, то где ему спрятать ценную вещь, добытую для Кузьмы, не таскать же с собой? Особенно, если Никита догадывался, что за нее и убить могут. Придется все-таки заглянуть в столицу, правда брать с собой теперь не только Прохора. Без Радима в город незамеченным не пробраться, да и Ларион не помешает, если потребуется кому-нибудь мозги запудрить».

Кто-то приоткрыл и быстро запер за собой дверь, причем еще и крючок накинул.

«Неужели так быстро по мою душу прибыли?» — Александр вытащил револьвер из-под подушки.

— Данила, ты здесь? — раздался голос Гориславы.

— Да, что-то случилось?

— Пока нет, но я пришла. — Девушка присела на кровать. — Если спросишь зачем, сильно меня обидишь.

«Такое ощущение, что меня пытаются шантажировать. Вопрос — за каким хреном?»

Еремеев прекрасно помнил, что ожидает тех, кто обижал эту странную девушку. Правда, как она сама сказала, проклятие исполнялось, если подвергнутый смотрел в глаза Гориславы. Рисковать Александр не собирался, как и просчитывать поведение неожиданной гостьи. С женщинами у него этот фокус никогда не проходил.