А еще Сетстиин был одним из самых разумных, уравновешенных насельников, с какими доводилось встречаться Фассину. И к просьбе всего лишь обычного человека — проснуться, очнуться, связаться с кем надо по телефону — он отнесся со всем уважением и серьезностью, на какие были способны немногие насельники.

Фассин сказал Хазеренс, будто ему необходимо время, чтобы дать выспаться его человеческим мозгам и телу, а его газолету — самовосстановиться и перезарядиться. Он удалился в длинную спице-комнату, выделенную ему в доме Айсула. Это была темная и пыльная галерея, где валялись груды выброшенной одежды, вдоль стен стояли древние шкафы, а пол был завален разонравившимися хозяину картинами и помятыми обоями. Тут стояли насельническая кровать с двойной выемкой и стеллаж, отделанный пенодеревом, образуя что-то вроде спальни, хотя Фассину в его газолете никакой спальни нужно не было.

Фассин запер дверь, с помощью ультразвукового локатора своего маленького стрелоида обнаружил съемную панель в потолке и вышел в ветреную, относительно темную ночь через двойную крышу.

Как и все насельнические города, Хаускип располагался в исторически спокойном месте (в пределах его атмосферного объема), но и в городах погода оставалась погодой. В зависимости от состояния окружавшего их газового потока они были подвержены перепадам давления, шквалам, туманам, дождям, снегопадам, встречным ветрам, восходящим и нисходящим потокам, боковым напорам и вихрям. Полускрытый рваными облачками более плотного газа, что неслись сквозь искусственно освещенную ночь, Фассин, испытывая умеренную качку, двинулся вверх и в сторону над лоснящимися крышами.

Движение в небесах было относительно слабым (перемещения происходили главным образом в пределах валов и спиц, связывавших основные районы города), и, хотя вдалеке виднелись несколько вразваливающих насельников и множество небольших аппаратов (в основном курьерской службы), Фассин надеялся, что его никто не заметит.

Где-то глубоко внизу сверкнула молния.

Фассин добрался до раскачивающегося волнопроводящего кабеля толщиной в несколько сантиметров, проследовал вдоль него до пустой площади — огромной порожней чаши, окруженной тусклыми, приглушенными огнями, — и нашел общественную экранокабину.

Сетстиин тоже находился на экваториальной полосе, хотя и с другой стороны планеты, поэтому у Фассина была надежда застать его бодрствующим в такое время, но Сетстиин отсыпался после особенно веселой вечеринки, состоявшейся накануне в его доме. Насельники могли не спать десять дней подряд, но если потом отсыпались, то от всей души. Фассин долго умолял слугу Сетстиина разбудить хозяина, но и на само пробуждение ушло немало времени. Вид и голос у Сетстиина были довольно похмельными, но мозг его где-то там внутри, похоже, вполне проснулся.