Берцев поднял с пола свою одежду и тихо вышел из комнаты.

Вот так, Маруся. Ни почему, ни отчего. Понимай, как знаешь.

Ушел и даже не оглянулся.

Отчего-то мне показалось, что он больше не придет. Было что-то в его лице… Какая-то странная растерянность и безнадежность. И я поняла, что это напрямую касается меня. Вот, прям, почувствовала. Неужели опять из-за Федора? Может, узнал, что тот меня подвозил? Или выяснил, что бывший постоянно возле меня крутится?

Почему он ушел?

Глаза подозрительно защипало. Э, нет. Только рыданий нам и не хватало! Не сметь.

Ушел? Ну и ладно. Не очень-то и хотелось. Проживем и без него. И нечего сырость разводить. Подумаешь, не понравилось… Мы тоже не в особом восторге.

Договоры он подписывает. Сделки заключает.

Вот и нечего. Жили без него, и дальше проживем.

И вообще. До рассвета еще пара часов есть, хватит в потолок смотреть. Закрывай, Маруся, глаза, и спи.

Тем более, партнер напоследок посоветовал. Вот и выполним последнее законное распоряжение. А с завтрашнего дня… С завтрашнего дня выкинем все из головы и заживем привычной размеренной жизнью. Безо всяких там партнеров и безумных сделок.

С трудом выбрался из квартиры Маши и добрел до своей. Не знаю, как не разнес все вокруг. Голова была, как в тумане.

Мари…

То, что я почувствовал, когда Леха рассказал, отчего Мари зачастила в клинику… До сих пор трясет от бешенства. Беременна. Она беременна! Носит под сердцем ребенка. Чужого ребенка!

Проклятье!

Захлопнул дверь, прошел на кухню и рухнул на стул. Мозг отказывался принимать тот факт, что Маша… Нет. Я не хочу этого знать. Не хочу. Как же гадко на душе… Черт!

Сама мысль о том, что Мари… Что она…

Нет. Не могу. Не могу понять. Неужели сразу после меня, она вернулась к своему придурку-мужу?! Спала с ним. Стонала под его руками. Кричала его имя.

Убью. Я убью этого недоумка.

Интересно, он уже знает о ребенке?

Бля… Похоже, все человеческие суки одинаковы! Им неизвестно такое понятие, как верность! Какую невинность разыгрывала! А сама… Интересно, она ему рассказала? Или ждет подходящего момента?

Да что ж так хреново-то?

А ведь это мог бы быть мой ребенок. Мог бы. Если бы Маша не была человеком. От этой мысли на душе стало еще пакостнее. Как и при мысли о том, что я лишен возможности увидеть свое продолжение. Дети. Потомство. За столько лет ни одна из наших женщин так и не понесла от меня. Ни одна. Все-таки прав был отец. Победа над волком далась мне слишком дорогой ценой. Нельзя безнаказанно идти против природы. Она отомстит. Обязательно. Отберет то, что является самым важным и значимым. Поставит на колени. Лишит будущего.