Его дыхание становится обжигающим, когда мои пальцы скользят по груди. Последняя нить сдержанности в нем ломается окончательно — он резким движением наклоняется и прихватывает зубами кожу на моем плече. Не больно, но так чувствительно, что по спине прокатывается волна мурашек.

Одной рукой он фиксирует мое запястье на подушке, а второй рывком дергает за край ткани — одежда поддается с сухим, резким шорохом.

— Закрой глаза, — его голос звучит совсем глухо, изнуренно. — Если будешь смотреть на меня этим чертовым вызывающим взглядом… я сделаю что-то совсем непрофессорское.

И прежде чем я успеваю ответить, он впивается в мои губы в поцелуе без единого правила.

Я не то что не закрываю глаза — распахиваю их шире, с рваным, горячим выдохом глядя прямо в его темнеющие от адреналина зрачки. Пальцы впиваются в его плечи, пока тело инстинктивно выгибается навстречу.

— Ни за что, противоречивый Патриций… — шепчу я прямо ему в губы, чувствуя, как сумасшедше колотится его сердце под моей ладонью. — Я не закрою глаза. Я хочу видеть каждую секунду того, как ты совершаешь это свое непрофессорское безумие. Делай всё, что задумал, и даже не думай останавливаться.

Его взгляд вспыхивает тем самым первобытным огнем — мой вызов сжигает последние предохранители. Он внезапно переворачивает меня, так что теперь я оказываюсь сверху, а он приподнимается на локтях.

— Как прикажешь, миледи, — произносит он с опасной мягкостью в голосе… и тут же резко поднимает бедра, чтобы наши тела плотно соприкоснулись.

Он прижимается ко мне, углубляя поцелуй — властно, жадно забирая мой воздух, — и одним решительным движением избавляет нас от последних преград. Его кожа под пальцами горячая, как раскаленный металл.

Я остаюсь сверху, опираясь ладонями о его тяжело вздымающуюся грудь, и наклоняюсь к самому уху, чувствуя, как бешеный пульс отбивает ритм в наших телах.

— Наконец-то ты перестал бороться сам с собой, Патрик… — шепчу я с хриплым вдохом, полностью подаваясь ему навстречу и крепче сжимая его плечи. — Покажи мне всё, на что способен.

Он резко переворачивает меня обратно, прижимая спиной к дивану так сильно, что подушки сминаются. Его ладони скользят по телу — грубо, но теперь без намёка на неуверенность.

Горячий поцелуй в шею переходит в глубокий прикус, а следом влажный язык проводит по укушенному месту — будто извиняясь и одновременно разжигая заново.

— Всё? — он повторяет мой вызов хриплым шёпотом. — Ты уверена? Потому что обратного пути не будет.

Его рука опускается ниже… медленно, сознательно затягивая момент перед тем, как окончательно сорвать последние преграды между нами.