— Похоже, он его к сафари готовил, — сказал Левый.
— Вдруг в Африку поедет? Там новый сезон «Пытай звёзд» снимать собираются.
— Я тоже хочу туристом по миру покататься, — заметил левый. — Чего мы у этой Карловны застряли? Мира не видим!
— Мы и раньше на мир через решётку смотрели! — напомнил Правый. — Говорил тебе, не стоило тот «лайк» ставить.
Приглядевшись к служебной машине, они обнаружили, что это вовсе не случайные царапины. Весь автомобиль был исписан лозунгами. Только почерк был мелким. Маленькие ручки трудились.
– «Свободу от коробок», — прочитал Правый.
— И «никаких упаковок», — прочитал Левый.
Тут в боковое стекло начал биться лысый как яйцо пупс. Близнецы от неожиданности отпрянули.
— Господи, куклы внутри! — сказал Правый.
— Да их тут сотни! — воскликнул Левый, заметив в салоне ещё несколько лысых пластмассовых голов.
Ещё несколько пупсов плясали на крыше. Они скатывались по лобовому стеклу как с горки. Близнец оглянулся, сзади ещё с десяток человечков приблизилось.
— Ну, теперь всё ясно, — со знанием дела заявил Правый. — Сожрали они Врунова. Доигрался. Не будет ему ни Африки, ни повышения. Клип снимут, прокрутят на Новый Год и будь здоров.
— Надо Карловне звонить, панихиду заказывать, — Левый достал мобильник, но позвонить не успел.
Одна из кукол спрыгнула сверху с крыши автомобиля, вместе с полиэтиленовым пакетом, который аккуратно наделся прямо на лысую голову.
— Полёт нормальный! — пропищал пупс.
— Какой звонить⁈ — вскрикнул Правый, дергая за пакет второго. — Они сейчас и нас сожрут! Тебя уже душат, брат. Подготавливают!
— Это меня упаковывают, пока тебя сырым есть будут! — поправил Левый.
— Чего это сразу меня?
— Да потому что я вкуснее! А тебя перчить надо.
— Тогда я увольняюсь!
— А я вообще без трудоустройства работал! Сам уйду!
Близнецы что есть силы припустили по улице, забыв и про машину, на которой приехали, и про Карловну, и про Побрея.
Когда стоит вопрос выживания, работа плавно отходит на второй план.
Дверь в квартиру бабы Нюры подпирал тяжёлый комод. В баррикадах старушка толк знала, наигравшись в детстве в «царя горы». Наверное, с тех пор в ней и остались лишние силы на борьбу с несправедливостью.
Анна Николаевна сама притащила его из спальни. А потом ещё и швабру в дверную ручку просунула для надёжности. Чтобы враги не пролезли. Только после этого смотрящая за подъездом вернулась к своему посту на балкон. Там намечалась не охота на медведей, а что посерьёзней. Катарсис целой улицы!
Мечтая о бинокле с ночным виденьем, баба Нюра сильно не переживала, что будет плохо видно. Из окон отражалось достаточно света, к тому же на Садовой периодически что-то горело, взрывалось и «иллюминация» была потрясающей. Как на Новый год. Только без салютов и фейерверков.