— Но…

— Серёжа, оставь в покое молодого доктора, — его светлость прикрыл канюлю рукой и смог проговорить несколько слов. Быстро в себя пришёл. Молодец. Я, конечно, тоже молодец. Себя не похвалишь, никто не похвалит. — Помоги мне сесть.

— Я не уверен…

— Выполняй, — приказал мой невольный пациент. Когда его тело приняло полусидячее положение, он повернулся ко мне. — Спасибо. Вы спасли мне жизнь. Как ваше имя?

— Денис Викторович Давыдов, — неохотно ответил я.

Он хотел что-то ещё сказать, но пока собирался с силами, поезд остановился, и в вагон ворвались санитары, которыми командовал невысокий кругленький врач.

— Так, что тут у нас? — он сразу же определил, кому необходима помощь и склонился над теперь уже своим пациентом. — Ангионевротический отёк, коникотомия, что вводили? — он повернулся ко мне.

— Стандартно: эпинефрин, гормоны и антигистаминные, — ответил я, мечтая, чтобы они уже убрались, и я смог нормально пожрать.

— Хорошо, — врач кивнул, его светлость сноровисто уложили на носилки, он даже крякнуть не успел, и унеслись из вагона. Чуть позади бежал адъютант, тащивший скатерть с едой для исследования.

Вслед за ними вагон-ресторан покинули все посетители. Прошло меньше минуты, как я остался наедине с официанткой.

— Как хорошо, что всё так закончилось. Это просто здорово, что вы врачом оказались. Я даже не увидела знака врачебного Кодекса сначала, пока он светиться не начал, — она плюнула на субординацию и присела на соседний диванчик. А у меня сейчас на первых местах стояли две задачи: пожрать и тщательно изучить этот проклятый Кодекс, чтобы он меня больше так не подставлял. Или чтобы для меня такие подставы не были неожиданностью. — Понятия не имею, что бы мы все делали, если бы его светлость… — она не договорила и закрыла лицо руками.

— И кого же я всё-таки спас? — спросил девушку, вставая и бросая окровавленную салфетку, которой руки вытирал, на стол.

— Как⁈ Вы не узнали Великого князя Павла Ивановича⁈ — девчонка уставилась на меня так, словно я перед ней в истинном обличии появился.

— У него лицо отекло, а до отёка я его не видел. Да и некогда было рассматривать. Сами же видели, ситуация была неотложная, — выкрутился я, потому что Давыдов действительно не мог не узнать члена императорской фамилии. — А почему он вот так, в вагоне-ресторане с одним адъютантом в сопровождении?

— В том, что младший брат императора Александра путешествует простым поездом нет ничего удивительного, он всегда так делает, — девушка встала. — Мы закрываемся на уборку. А на кухне сейчас особисты проверяют еду и поваров, сами понимаете.