— Ну-у, — протянул фельдшер, — ближе к границе с Мёртвой пустошью всякое бывает. Может, Петровка такая весёлая деревня, потому что как раз на той границе стоит? В общем, в полнолуние из дома лучше лишний раз не выходить и на границе не болтаться. Ну и к руинам на севере не соваться. А так нормально, жить можно.
— Ладно, пойду я домой. Устраиваться нужно, — я решительно поднялся.
— Ага, давайте, — кивнул Саша. — Вас довезти?
— Нет, пройдусь пешком, заодно осмотрюсь.
— Вы не переживайте, мы вас по пустякам дёргать не будем. Только когда что-то серьёзное или непонятное будет. И да, вам к половине девятого нужно в амбулаторию. У нас каждый день летучка небольшая. А там определитесь, что будете в какое время делать, — сообщил мне на прощание Саша, когда я уже открыл дверь. Ну что же, надеюсь, воскресенье пройдёт спокойно, и я действительно приду сюда только в понедельник.
— Будь проклят тот день, когда я, не послушав совета родителей, поступила в этот проклятый всеми богами скопом медицинский университет! — услышал я, как только переступил порог моего временного жилища. — Ведь могла бы стать кем угодно: юристом, экономистом, да хоть инженером-теплотехником, но нет, какие-то напрочь отмороженные черти буквально затащили меня в свой филиал ада.
Раздавшийся грохот прервал эту довольно эмоциональную речь. Я же принялся оглядываться по сторонам, пытаясь понять, откуда раздаётся этот грохот. Находился я в небольшой прихожей. Вешалка на стене, тапочки на полу и столик со стационарным телефоном. Перед дверью половичок. Ну вроде бы пока ничего страшного не наблюдается. Разувшись, я нашёл домашние туфли, заботливо приготовленные для меня Егорычем.
— Ну что ты, Настенька. Всё образуется. И из Аввакумова ты уедешь и парня хорошего встретишь. И детишек не прекратишь лечить, — голос Егорыча доносился откуда-то сверху. — «Ошибаться можно различно, верно поступать можно лишь одним путём, поэтому-то первое легко, а второе трудно; легко промахнуться, трудно попасть в цель».
— Аристотель, — пробормотал я, проходя небольшой коридорчик и попадая в большую комнату, из которой проход под аркой вёл на кухню. Вход в совместный санузел располагался в прихожей. Ну хоть это радует, а то я уже мысленно приготовил себя к удобствам во дворе. Но слышимость тут, конечно, я смеюсь и плачу. Подружку точно не приведёшь.
А вообще получалась интересная вещь. Оказывается, аристократы не имели права на стороне простым женщинам делать детей. Чтобы дары не распылялись. Идиотское правило, но вот оно соблюдалось и отслеживалось. А просто развлекаться, если с головой дружишь и без последствий да по обоюдному согласию вполне можно. Точнее, это не поощрялось, но за подобные шалости могли максимум пожурить.