— Стало быть, сработало… Теперь надо непутёвого родственника отыскать и полмиллиона получить! Ха-ха! Но для начала припадочного разбудить…
Пока Вишневский валялся на полу, я спрятал свиток подальше, чтобы ненароком он у меня его не отобрал в приступе охреневания от происходящего. Как ни крути, но, когда человек всю жизнь лишён возможности ходить, а тут, благодаря какому-то свитку, вдруг выздоравливает… Без сомнения, у него возникнет много вопросов по поводу того, что это за свиток и откуда он взялся. Ответить на них я ему смогу, а вот свиток не отдам. Он точно захочет его изучить, а мне этого не надо.
Я и так знаю про его основную способность, а на остальное мне плевать. Сам я пока не планирую им пользоваться, но и позволять информации о нём просочиться в массы тоже не желаю.
Вишневский приходил в себя минут десять, и все эти десять минут мне пришлось сидеть рядом с ним в туалете, чтобы, когда он проснулся, он не натворил дел. А то выбежит отсюда на своих двоих, сломя голову, и весь наш с ним план полетит коту под хвост. Мне этого не надо, да и ему, я думаю, тоже.
В итоге, открыв глаза, он не сразу поверил в то, что произошло, и, кажется, подумал, что всё это ему приснилось.
— Саша? — продрав глаза, он пару раз моргнул и попытался привстать, но старая привычка, что ноги не ходят, никуда не делась, и он начал делать это при помощи рук и спины, напрягая мышцы. — Почему я на полу? Помоги встать, мне такой странный сон приснился…
— Сон? — я усмехнулся. — Какой ещё сон?
— Что я ходить снова могу, — он вздохнул. — Так ты поможешь мне встать или как?
— Разве же это плохой сон? Сам вставай, вдруг сможешь, — я широко улыбнулся и встал с корточек, не желая ему помогать. Пускай сам осознаёт, что теперь он полностью здоровый и коляска ему не требуется. Хотя в ближайшие дни ему всё равно придётся притворяться больным.
— Ты дурак⁈ — Рома разозлился и начал пытаться вскарабкаться на коляску при помощи рук.
— Да что же ты такой беспомощный? — я горько выдохнул и помог ему подняться, но не в коляску, а на ноги. Пришлось напитать тело энергией, чтобы поднять его за подмышки в полный рост. — Всё, вот так стой.
И не успел он ответить мне что-то грубое и очень колкое, как вдруг глаза его расширились и, кажется, разум снова стал покидать его черепную коробку. Да что же такое? Пришлось его по щекам пару раз ударить, чтобы он в себя пришёл, ведь он стоял на ногах и делал это весьма уверенно. Как для человека, который не ходит уже долгие годы.
— Громов, какого чёрта?.. — Вишневский нервно сглотнул слюну. — Что со мной произошло? Я… здоров?