Шум воды в ванной утих, громко взвыли и тут же замолчали краны, и через минуту в зал зашел хмурый Олег.
– На кухню пойдем, я чайку сделаю, – буркнул он. – Еще не завтракал.
Разглядывая растянутые на коленках тренировочные штаны Олега, Бабкин почувствовал, что настроение у него портится с каждой минутой. Бывший супруг Натальи Ивановны достал из урчащего холодильника кусок вареной колбасы, порезал ее крупными кусками, заварил чай в заварочном чайнике с отбитым носиком и нарезал батон.
– Прошу, – указал он на стол. – Позавтракаешь со мной?
Отказываться Бабкин не стал, по опыту зная: совместная трапеза сближает. К тому же большинство людей не любят, когда они едят, а собеседник нет. Откусывая булку и запивая ее горячим сладким чаем, оказавшимся неожиданно вкусным, он обдумывал, как лучше построить первую фразу, но объяснять цель визита не пришлось.
– Ты из-за мальчишки приехал, – утвердительно сказал Олег.
Бабкин кивнул.
– Меня уже допрашивали. Что я, дурак, что ли, его красть? Мне Наташку, конечно, жалко, но помочь я ничем не могу. Зря она тебя прислала.
– Ты знал, что она замуж вышла? – прямо спросил Бабкин. Все шло не так. Выстроенная им схема рушилась с каждой минутой.
– Родители мои сказали, – кивнул мужик, отхлебывая горячий чай. – Они Наташкиных как-то встретили, те им и рассказали, что Наташка в Питере какого-то богатея подцепила, к ним носу не кажет. Порадовался я за нее, честно тебе могу сказать.
– Тебе-то чего тут радоваться? – недоверчиво хмыкнул Бабкин.
– Не знаю, в курсе ты или нет, – Олег отставил чашку в сторону и посмотрел на Бабкина, – но это я с ней развелся, а не она со мной. Бросил, можно сказать, бабу одну с ребенком. Я, конечно, помогал, чем мог, но мог не очень сильно, честно признаюсь. Мне месяц назад наследство обвалилось от бабушки, так я хоть из этой развалюхи в нормальную квартиру перееду. А до того… Бывало, одни пельмени целыми неделями жрал.
Бабкин представил себя жрущим одни пельмени и поежился.
– Поэтому и обрадовался! У меня вообще-то тоже совесть имеется, – продолжал Олег. – Ну, думаю, раз пристроилась, значит, и ей легче будет, и у меня ничего не свербит.
– Да у тебя и так, по-моему, не особенно свербило, – насмешливо отозвался Бабкин. – Наталья Ивановна рассказывала, ты сына один раз видел за последние два года. Или больше?
Фраза про сына произвела на Олега Зинчука неожиданное действие: он вскочил из-за стола и наклонился к Сергею с исказившейся физиономией.
– Ты мне про сына не езди по мозгам, понял? – негромко и злобно прошипел он.
– Сядь, – посоветовал Бабкин. – Чай брюхом разольешь.