И, наконец, мы поедем в Москву! Пусть на поезде, но ведь почти бесплатно. Да и потом, если мы вчетвером поедем, то купе будет полностью нашим.

Я огляделась. С одной стороны стоял городской железнодорожный вокзал, а с другой красовался огромный магазин — ГУМ. И я не я буду, если туда не зайду.

ГУМ оказался шикарнейшим. Три огромных этажа. Чего тут только нет — и ткани, и хрусталь, и обувь, и даже книжный отдел. Несомненно, ГУМ станет моим любимым магазином!

Возле книжного стояла длинная очередь.

— Что дают? — поинтересовалась я у людей.

— «Три мушкетера», — ответили мне.

Книга хорошая, и Ритке точно понравится, но стоять за ней?

Нет, я пошла дальше.

У отдела парфюмерии стояли всего несколько женщин.

— Какие шампуни есть? — с оптимизмом спросила я у продавщицы.

— Никаких нет, — ответили мне, — все разобрано.

— Ясно, будем искать, — сказала я совсем как герой старого советского фильма, искавший перламутровые пуговицы.

Никаких эскалаторов, конечно, не было и в помине. И о стеклянных лифтах пока еще никто не имел представления. Я поднялась по широкой лестнице на третий этаж.

Навстречу мне шли двое — высокий мужчина с густой волнистой шевелюрой и молодая длинноволосая фифа в розовом платьице с оборками и в белых босоножках на шпильках.

Может, я бы и не обратила на них внимания. Они сами странно себя повели. Мужчина приостановился, пристально на меня глядя. А фифа по-хозяйски схватила его за локоть и попыталась увести, с неодобрением на меня зыркнув.

Я оглянулась. Мужчина продолжал на меня смотреть, чуть ли не сворачивая шею. Кто такие? Хотя ясно, что очередные знакомые Альбины. Но кто они?

— Да ладно, давай подойдем, — мужчина не без труда высвободил локоть и приблизился ко мне.

Шли бы вы мимо, а? Такое настроение хорошее было, но нет же, опять придется как-то выкручиваться, изображать, что я их знаю.

— Алька, ну ты что такая серьезная? — Я подняла глаза. Мужчина смотрел насмешливо и доброжелательно. — Неужели продолжаешь дуться, а? Нельзя на брательника своего обижаться! — и он вдруг притянул меня и прижал к своей груди, так что смесь запахов сигарет и одеколона ударила мне в нос.

Я скрипнула зубами. Так это, стало быть, Володька, тот самый братишка Альбины! И даже из вежливости я не смогла выдавить из себя улыбку! Даже из формальной вежливости!

— Ну, как поживаешь? — Володька и его фифа разглядывали меня с ног до головы, не скрывая любопытства. — Работаешь там же, дворником?

Я почувствовала, как меня бросило в жар.

— Нет, на железной дороге работаю, по специальности.

Володька расхохотался, запрокинув голову.