Часть денег мы предусмотрительно спрятали во внутреннем кармане дедова пиджака. Другую часть я засунула к себе в бюстгальтер. По принципу «не клади все яйца в одну корзину».

— Да где же Вадим? — беспокоился дед. — Нам выходить скоро!

— Да, — я обеспокоенно глянула на часы, — еще десять минут ждем, и выдвигаемся без него.

Тут Ритка, не отходившая от окна, радостно взвизгнула:

— Папа! Папа идет! Он успел!

У меня отлегло от сердца. Ну слава Богу, он и чемоданы нам дотащит, и проводит по-человечески.

Через минуту вбежал Вадим, весь взмыленный.

— Папочка, ты приехал! — кинулась к нему Ритка. — Может, все-таки с нами поедешь?

Однако, Вадим не разделял ее восторгов.

— А вы что, еще не уехали? — спросил он на бегу и скрылся в зале. — Я на минуту, забыл свой пропуск в порт.

— В смысле? — разозлилась я. — Ты что, не проводишь нас на поезд? Ты же обещал, мы тебя ждем, как придурки!

— Мне некогда, — рявкнул он, выбегая из зала. — Меня люди ждут!

— А мы что, не люди? С дочкой хоть попрощайся.

— Да что там прощаться? — скривился он, но увидев умоляющие Риткины глаза, все же наклонился и приобнял ее. — Ладно, я побежал!

— А ты с кем-то на машине? — все же спросила я. — Может, подбросите нас?

— Да там все занято, — Вадим уже выскочил в подъезд, — и мы в другую сторону.

Расстраиваться и негодовать было некогда. Стрелки упрямо двигались вперед, и мы рисковали опоздать на электричку до вокзала.

Дед схватил чемодан, я — пакеты. Мы закрыли входную дверь и втроем помчались на улицу. Не хватало еще на поезд опоздать! Во дворе на лавочке сидел Молодожен со своей Синеглазкой.

— Помогите чемодан донести до станции, — попросила я, — рубль дам.

— Три рубля дай, — урезонил меня дед, — чтоб на фуфырь хватило.

— Фуфырь три двадцать стоит, — возразил сосед.

— Двадцать копеек сам добавишь.

— Ладно!..

Когда мы ступили на платформу межгорода, наш фирменный поезд уже стоял с открытыми дверями вагонов. У каждой двери стояли двое проводников. Некоторые пассажиры уже заняли свои места, некоторые только собирались это сделать. Было полно провожающих. Кто-то обнимался, кто-то плакал.

— Вроде успели, — облегченно сказала я.

Из динамиков полились звуки марша «Прощание Славянки», под который провожали все поезда дальнего следования.

— Какой у нас вагон? — спросил дед.

— Пятый, в середине состава.

Дед с Риткой ушли вперед, отыскивая нужный вагон.

А меня вдруг кто-то обнял сзади. Я вскрикнула и обернулась. И чуть не выронила пакеты. Передо мной стоял улыбающийся Дима.

— Ты что, тоже в Москву едешь? — его улыбающиеся глаза и мягкая улыбка сводили меня с ума. Еще немного, и я…брошусь к нему в объятия. И все равно, увидит кто-то, не увидит.