Хлоя Смит.
Конечно же, она. Эта девчонка обладала уникальным, почти дьявольским талантом материализоваться в самый неподходящий момент и методично расшатывать мою нервную систему, которую я годами выстраивал по кирпичику.
Я шагнул в кабину, заставив ее инстинктивно отшатнуться к холодной металлической стенке. Темный полумрак и тесное замкнутое пространство мгновенно сузили реальность до двух квадратных метров. От нее пахло черникой, дорогим гелем для душа и тонким шлейфом дешевого сигаретного дыма, который она безуспешно пыталась замаскировать мятной жвачкой. Короткая джинсовая юбка, едва прикрывающая бедра в черном капроне, резала глаза своей демонстративной, вымороченной дерзостью.
Она строила из себя неприступную стерву. Но я слишком хорошо знал людей, чтобы вестись на эту дешевую маску. Я видел, как бешено пульсирует синяя жилка на ее тонкой яремной ямке, и слышал, как сбилось ее дыхание, стоило мне запереть пространство вокруг нее.
— Мисс Смит, — произнес я низко, позволяя голосу звучать чуть ближе, чуть интимнее, чем того требовали любые правила университетской этики. — Какая… предсказуемая и назойливая встреча. Вы что, специально караулите меня по этажам?
В ее карие глаза мгновенно вспыхнули искры чистой, неподдельной злости. Она вскинула подбородок, отчаянно пытаясь держать удар, хотя пальцы, вцепившиеся в ремешок сумочки, побелели от напряжения:
— Не льстите себе, профессор, от вашей самовлюбленности здесь и так нечем дышать. Если бы я знала, что этот ржавый ящик решит сломаться, я бы лучше пешком поднялась на крышу и сбросилась вниз.
Слова отскакивали от меня, как горох от стены. Меня забавлял этот ее ежовый оскал. В ней не было покорности тех студенток, которые послушно заглядывали мне в рот на лекциях, испуганно моргая при каждом резком движении. Смит бросала вызов открыто, наотмашь, словно проверяя, где проходит та самая невидимая черта, за которой рушится субординация.
И мне до зубовного скрежета хотелось эту черту переступить.
Я сделал шаг вперед, лишая ее даже минимального пространства для маневра. Мое массивное тело нависло над ней, полностью загораясь слабый свет аварийной лампы.
— Иногда, мисс Смит, излишняя дерзость и спешка приводят к самым плачевным выводам, — прошептал я, глядя в ее расширившиеся от испуга и адреналина зрачки. Моя рука медленно поднялась и легла на металлическую стенку прямо над ее плечом, чувствуя, как под тонким капроном мелко дрожат ее колени. — И судя по вашему пульсу, который отчетливо бьется в яремной ямке, вы боитесь вовсе не опоздать на пару. Вы боитесь меня.