Впрочем, попытка Милдред взять в руки ложку оказалась так себе. В том смысле, что взять-то она её в руки взяла, но вот донести ложку до рта, не расплескав при этом всё её содержимое, она не смогла ни с первой, ни с десятой самоотверженной попытки.

Поэтому ей пришлось согласиться на то, чтобы ложку за неё держал Микаэль.

Отсюда и его улыбка.

Смущенная, раздраженная и одновременно благодарная доктор — выглядела умилительно комично и трогательно беззащитной.

Поняв, что в данный момент он скорее смущает и свою подопечную и друга, чем помогает им, Бельфегор растворился в воздухе. Вслед за ним «отправилась» и ворчливая бабуля-призрак. Ей не хотелось оставлять внучку наедине с вампиром, но поймав на себе её досадливый взгляд, она вынуждена была уступить и исчезнуть.

В памяти Милдред всплывала реанимация. И всё, что она узнала о себе и своём новом состоянии. Каждый раз, когда она приходила в сознание, она ощущала, словно бы её потрошат заживо, настолько сильными и невыносимыми были тошнота и рвота. И всё же потребность в крови, которую она испытывала, в какой-то момент была даже ещё более невыносимой. Настолько нестерпимой, что Милдред не просто хотела, а мечтала ей уступить…

— Спасибо, что спас меня, — улыбнулась она кормящему её мужчине.

— Вообще-то спас тебя Бельфегор, — виновато улыбнулся он. — А я лишь втянул тебя в неприятности. Но видит бог, я не знал! Клянусь, Милли, я не знал, что она продолжит преследовать тебя, даже после того, как ты порвала со мной! Я, конечно, уважал твоё решение, но не бросился за тобой вслед именно потому, что хотел защитить тебя!

— А иначе ты бросился бы за мной? — удивленно переспросила девушка.

— Ещё как! — кивнул мужчина. — Я старался понять твоё решение, но не мог! Я легко мог понять, почему ты не хочешь быть со мной как с мужчиной. Ведь я знаю, что я гораздо больше монстр, чем человек! Но почему ты бросила и «Сторм Энтерпрайз» тоже — я, сколько не пытался, не мог понять!

Отведя в сторону руку мужчины, в которой он держал ложку, Милдред подняла глаза к его лицу.

— Никакой ты не монстр! — покачала она головой. — Дело совсем не в этом. А в том, что я призналась тебе в любви, а ты меня отверг!

— Отверг? — ошеломленно уточнил мужчина. — Ты призналась мне в любви? Так это ты была? А я думал, что за тебя говорит монстр… — задумчиво проговорил он.

Затем испытывающе посмотрел на девушку.

У Милдред от яркого света всё ещё болели глаза, поэтому в салоне самолёта царил полумрак. Вампир щёлкнул пальцами, и салон залил яркий свет.

— Я должен видеть твои глаза, — от нежности в тоне мужчины не осталось и следа.