— Здорово, — сказала я. — Но мы в ТАКС не занимаемся политикой. И когда выборы?

— В следующий вторник.

— Оперативно, — похвалила я.

— И они состоятся, несмотря на усилия таких, как вы.

— Слушайте, ну серьезно, — сказала я. — Мне нет никакого дела до вашего штата, его свободы и независимости, до недавнего времени я вообще не подозревала, что вам всего этого не хватало. Я здесь по делам конторы.

— О которых вы не можете говорить?

— Ну да.

— Если вы не диверсионная группа, зачем вам оружие?

— На всякий случай.

— Среди прочих вещей мы нашли кейс, внутри которого лежал топор. Можете что-нибудь прояснить по этому поводу?

— Это мой топор, — сказала я.

— Зачем вам топор?

— Я планировала совершить ритуальное убийство полковника Баттерса с его помощью, — сказала я.

— Уотерса, — поправил он.

— И его тоже.

— Что у вас с рукой?

— Неаккуратное обращение с промышленной мясорубкой, — сказала я.

Он покачал головой.

— Не понимаю, на что вы рассчитываете, Кэррингтон. Может быть, у вас есть могущественные покровители там, внизу, но на границе республики их влияние заканчивается.

— Никого нет, — сказала я. Единственный человек, который худо-бедно подходил под это определение, уже был мертв. А больше у меня там и знакомых-то не было.

— Тем более, не понимаю.

— И что вы предлагаете? — спросила я, желая перейти к конструктиву.

— Вашу участь может облегчить только чистосердечное признание, — сказал он.

— В чем именно?

— В диверсионной работе на территории республики.

— Вы и правда думаете, что диверсионную группу доставляли к вам в шта… республику на бизнес-джете? — спросила я. — Типа, более незаметного способа мы там придумать не смогли?

— Возможно, вы торопились.

— Куда торопиться-то? До вторника еще куча времени.

— Это не смешно, Кэррингтон.

— Почему люди постоянно мне такое говорят?

— Вы играете с огнем.

— И какой счет?

Он вздохнул.

— Возможно, несколько дней в камере сделают вас по сговорчивей.

— Кстати, о камере, — сказала я. — Со мной сидит девушка…

— Шпионка федералистов, — сказал он.

Ой, как тут все запущено.

Когда я вернулась в камеру, Джессика перебралась на второй ярус. Видимо, ее проняло, когда она видела, с каким трудом я туда забиралась в прошлый раз.

— Как все прошло?

— Довольно паршиво, — сказала я. — Ты и правда шпионка федералистов?

— Кого?

— Вот именно так я и подумала.

— Они чо, меня не отпустят?

— Не знаю, — сказала я. — Не сегодня.

— Вот суки.

— С этим я, пожалуй, соглашусь.

Я скинула кеды и улеглась на койку.

— Слушай, а чо ваще происходит? — спросила Джессика.

— Техас провозгласил независимость, — сказала я.