Кар!
Ворон перелетел на провода под ее пристальным вниманием.
— Когда парковалась, заметила на главной улице пару машин с обзором как раз сюда, — вернула взгляд к Итану. — Найди владельцев, может, регистраторы что засняли. Еще нужно проверить камеры в баре и опросить жильцов. — Грейс указала на один балкон, затем на второй. — Отсюда могли что-нибудь видеть.
— Ночью нам будут не рады.
— Еще не ночь, а поздний вечер.
— Это смотря с какого конца считать, — фыркнул Итан, но все же кивнул и направился к охраннику.
– А ты, я смотрю, сегодня в ударе? — Грейс посмотрела на него через плечо, уперевшись локтями в колени, и бросила вслед: — Давай работай, юморист.
Влепить бы ему выговор за нарушение субординации, но Грейс было лень. В переводе с начальственного на человеческий — ее все устраивало.
На такой работе без юмора и цинизма психика долго не выдержит. А у Грейс таких работ было две. И если дела в городском уголовном розыске привычные и не слишком замороченные — ревность, наследство, бизнес — то стоило принять звонок из частного агентства, на которое она работала неофициально, — начинались кишки, мясо и прочая жесть. Увы, но в делах, связанных с оборотнями, без этого обычно не обходилось.
Вот и сегодня агентству понадобился свой человек с удостоверением, доступом к уликам и возможностью перехватить расследование у коллег. То есть она.
Над крышами снова каркнул ворон, а следом громыхнуло. Вот и подтверждение запаху озона — лупанет знатно.
Бр-р-р, Грейс ненавидела дождь. Даже одна капля могла вызвать у нее панику и желание забиться в угол. Нужно скорее заканчивать работу и возвращаться домой, потому что вместо зонта у нее в машине лежал пакетик с книгами.
— Значит, в этот раз лисица, — пробормотала она, наклоняясь, чтобы рассмотреть срез.
Ровный, и крови много. Значит, ухо отрезали еще живой, когда девушка была в зверином облике. Простой и логичный вывод — при условии, что Грейс сама была оборотнем и знала: после смерти человеческую форму принимает только та часть тела, которая остается связана с мозгом.
Грейс встала на колени и склонилась к шее. Втянула носом воздух. Хвоя и спирт. Духи пахли так ядрено, что перебивали все остальное. Если убийца и оставил на теле свой след, то сквозь эту хвойную завесу уловить его было невозможно.
Тогда Грейст поднялась, сняла перчатки и достала телефон. Сфотографировала лицо убитой, отправила снимок и локацию технарю из агентства.
— Итан! Пойду осмотрюсь. Дождись экспертов, если я не вернусь.
Он кивнул и вернулся к разговору с охранником. Грейс же отошла в сторону и набрала номер, на который до этого отправляла фото.