Стало тихо. Спокойно. С неба шел крупный снег, опадая на плечи молодого панора. Он не шевелился, просто стоял и наблюдал, как черная гора уменьшалась, превращаясь в знакомый кусок камня.
Когда всё закончилось, Аполлон подошел к демонической доске развития, смахнул с нее снег и вчитался:
'Имя: Аполлон.
Род: Отсутствует'.
Снизу на каменной плите теперь был изображен не зеленый бес, а новое существо. Серокожее с зубастой пастью и худощавым телом, на локтях чешуя, а на коленях костяные наросты. Всё, что осталось от беса, — длинные черные волосы и алые глаза. В остальном же существо совсем иного порядка.
— Ну хоть ростом стал выше, — подбадривал себя Аполлон, глядя на страшнючую пасть, — да и мясо жевать будет удобней. Наверное.
Рядом с изображением миниатюрного панора находился столбик прогресса. В этот раз он был практически пуст, что скорей всего означало — путь панора только начался, и как понял Аполлон: чтобы прокачаться — нужно убивать. Людей, монстров. А еще тренировать свой стиль.
Решив узнать свои стадии, он ткнул пальцем на печать в центре человечка. Та активировалась, спроецировав изображение Аполлона прямо в воздухе в виде магической голограммы:
'Стадия: Панор.
Фехтование: ранг Ловкач.
Магия: ранг Ученик.
Исполненный контракт:
1. Карла.
2. Зархан.
3. Фозах Ванштейн.
Контракт душ: доступно три из трех'.
— Да уж… Воин в итоге оказался лейтенантом Фозахом. И кто бы мог подумать…
Аполлон ощущал настоящий хаос мыслей, но пытался не думать на этот счет и открывшуюся правду. Всё-таки, когда Фозах был нежитью, у них сложились довольно доверительные отношения, при том что вояка знал о судьбе Аполлона всё.
— А та красноволосая девчонка… Если не ошибаюсь, она тоже была там. Разве не ее я спас? Помнится, она хотела убить меня еще в академии. Увидеть бы ее лицо! Наверняка бросится в слёзы и будет просить простить ее! Хе-х! Ладно. Пора бы вернуться. Небось Зархан и Фозах уже сцепились, как кошка с собакой.
Демон улыбнулся и прикрыл глаза…
И в Нефердорсе в старом доме первого уровня послышался треск — черный кокон, мирно лежавший на старом диване, треснул подобно стеклу или же скорлупе, предоставив новорожденному панору путь на свободу…
Аполлон очнулся от забвения снежного мира. Диван был и правда жесткий, всё-таки Зархан не зря жаловался на свое спальное место. Голова раскалывалась, еще и странный грохот, будто кто-то под ухом стробил бетонные стены. По деревянному полу шла вибрация, тарахтели редкие банки на полках и всё из-за мощного топота. Он был настолько громок, что новорожденный панор решил: а не слон ли наверху?