— Оклемался, значит, — констатировал он, — А мы с женой думали, что так и проваляешь до праздника летнего солнцестояния.

Заметив мой настороженный взгляд, мужчина улыбнулся:

— Меня зовут Скел. Ты в моем доме. Не надо бояться, здесь тебя никто не обидит.

— Здравствуй, Скел, — просипел я и закашлялся. Мужик неспешно встал, подошел к столу и взял небольшой черпак. Набрал из деревянного ведра воды и подал мне. Я жадно выпил ледяную жидкость, не обращая внимания на то, что от холода у меня свело зубы.

— Не знаю, откуда ты родом, — протянул Скел, забирая черпак, — но в наших краях в ответ на приветствие принято называть свое имя.

— Прости, хозяин, — я откинулся на нары, — но я при всем желании не смогу это сделать. Отшибло мне память.

— Да ну? — прищурился тот. Да у них всех тут что, встроенный локатор на враньё установлен? Помня о прошлой встрече с людьми в этом мире, я не торопился раскрывать все карты. Мало-ли, что взбредет им в голову? — Но как говорить и здороваться, вижу, ты не забыл?

— Прости, Скел, — снова извинился я, старался говорить как можно дружелюбнее, — До того, как прыгнуть в реку, я помню всего несколько дней. А до этого — ничего. Проснулся в лесу, а потом наткнулся на… — я прикусил язык, не зная — стоит ли доверять этому человеку? Тот заметил, как я оборвал разговор и покачал головой.

— Ну говори уже, коль начал. На кого наткнулся? На разбойников? Зверей? Нечисть?

— На наёмников, — я решился ответить. Судя по всему, Скел с женой были крестьянами — изба намекала на это. И вряд ли они желали мне зла, раз перебинтовали и выходили.

Скел скривился, пробормотав под нос какое-то ругательство, которое я не расслышал.

— Знаю эту братию. Неприятные они. Слоняюся по холмам, творят что вздумается. Управы на них никакой. Слава богам, обходят наш медвежий угол стороной, — ответил он, несказанно обрадовав меня этими словами. Медвежий угол, значит? Это хорошо. Значит, есть шанс, что здесь меня тут не найдут. А в том, что наемники попытаются это сделать, я почему-то был уверен.

— Но все-таки — даже если ты имени не помнишь — надо же как-то тебя называть? — задумался мужчина, — Буду просто называть тебя «парень», пока не вспомнишь имя, идет? Или пока не выберешь себе новое.

— Идет, — вздохнул я. Отлично, значит, в очередной раз повторять байку о том, что я пришелец из другого мира не придется. И то хорошо, — Долго я у вас лежу?

— Да почитай полторы недели уже.

Так-так. Значит, в беспамятстве я провалялся десть-одиннадцать дней. Это долго, очень долго. Интересно, как далеко меня унесла река?