Он знал, что идущая из Долины большая тропа также стелется к югу где-то сильно левее. Не видел, но чувствовал. Подойти ближе, глянуть — боялся. Последнему человеку нельзя собой рисковать. Пусть Безна огромна, но он-то Зарбага найдет. Злой бог, всяко, в центре своих владений сидит, в каком-нибудь высоченном каменном доме, вроде того, что у Яра был, только больше и черный. Обязательно черный! Такой издалека видно будет.

И Кабаз продолжал упрямо пробираться на юг. Рощи, травы, колючие заросли, в которых ночевки устраивать — самое то. Крупный зверь не сунется, а мелкие его сами боятся. К насекомым привык. Даже вкусных нашел. Тот же желтый кузнечик — любимый обед шуршунов — очень даже неплох. Личинки белесые тоже сойдут за неимением лучшего. Фрукты-ягоды кой-какие распробовал, из тех, которыми зверье местное не брезгует лакомиться. В общем, с голоду не помрешь. Знай, умей только прятаться правильно, чтобы самому чьим-то обедом не стать.

Ближе к лесу, когда травянистых участков осталось всего ничего, стали нет-нет попадаться и хищники. Не подвластные чернюкам сторожа, а свободные дикие звери. Таких в Долине Кабаз не встречал среди демонских слуг. Одни что-то среднее между гигантом и длиннохвостом, только с вытянутой башкой и щучьей мелкозубой пастью, а по спине высокий колючий гребень. В два-три человеческих роста, шумные и неповоротливые. Этих получалось издалека замечать, раньше, чем они тебя углядят. Главное, вовремя спрятаться — протопают мимо.

Другие — четвероногие, локтей двадцать в длину, но хоть низкие — ему по грудь в холке. Эта пакость, слава Яраду, пока только раз на пути повстречалась. Вовремя не заметил, чуть ли не на хвост наступил. Зверь лежку в траве устроил — с дюжины шагов не разглядеть. Насилу удрал. Гад не быстрый, но выносливый и в колючки лезть не стесняется. Гнал его долго. Кабаза только змея и спасла, что на свою беду выползла охотнику под ноги. Хищник на новую добычу отвлекся, а то бы еще неизвестно у кого силы первого кончились.

А змеи здесь — ого-го! В десять, в двадцать локтей попадаются. И обхватом, что деревце. Хорошо, хоть в еде привередливы — не на всякую добычу бросаются. Кабаз вон пока ни одну змеюку не заинтересовал, и правильно — незнакомое нужно бояться. Жаль, не все местные чудища этой науке следуют.

Две недели по бездне — и жив. Прежний Кабаз наверняка бы гордился собой. Нынешнему — на все наплевать, кроме поставленной цели. Не успел он и дня прошагать по чужому, совсем не похожему на оставленный дома, лесу, как путь его преградило препятствие. Такое, что сразу он таковым и не счел — река. Не особо широкая, и полета стрелы не будет, а переправиться не на чем. На коряге, как через Великую, или попросту вплавь — и думать нельзя. Сунулся было к воде поначалу, а там… буруны не соминые, больше бери — чудища в реке прячутся будь здоров. Один гребень прошелся вдоль берега, другой в середине течения всплыл. Без надежной лодки соваться — верная смерть.