Хвала Громовержцу — долго шагать по снегам не пришлось. Несколько миль — и разлом повернул направо. Повернул и… закончился. Дальше тропа внизу шла по зажатой между пологих желтых холмов долине. За ней зеленела Бездна!

Не подземный мир, стало быть. Кабаз равнодушно взирал на открывшийся простор неизвестного края. Если отсюда ползут зарбаговы твари в Долину, значит это Бездна и есть. И не важно, под небом она, или в недрах упрятана. Задача его не меняется. Даже, может-быть, легче становится — по крайней мере здесь свет есть, и лес какой-никакой на горизонте виднеется. Осталось только придумать, как вниз спуститься.

Полдня поисков — и Кабаз обнаружил относительно безопасный путь. Где ползком, где прыжками он смог перебраться с плато на вершину холма, что подпирал долину с юго-запада. Тут было уже не так холодно, и на смену хрустящему снегу пришла жухлая, но высокая — ему по пояс — трава.

Внизу по тропе ползли на север очередные чудовища, его же путь шел в обратную сторону — по тыльной стороне гребня. Можно было спуститься в соседнюю долину, но Кабаз решил, что поверху идти безопаснее. Тут в траве он в любой миг распластается сусликом по земле, и ищи его. Кстати, суслики здесь имелись свои — юркие беззубые ящерки в локоть длиной, что охотились на тутошних насекомых.

Местные жучки-паучки поначалу встречались не часто, но чем ниже спускалась долина и гряды холмов по бокам, тем гуще, выше и зеленее становилась трава, покрывающая округу. Постепенно жизнь в ней застрекотала, зашелестела совершенно по-летнему, позабыв, что сейчас разгар осени. Насекомые ползали, прыгали и летали вокруг в огромных количествах. Причем, здоровенные! Жук размером с кулак — обычное дело. Стрекоза в две ладони — еще не предел. Видно, в Бездне птиц заменяют. Неудивительно, что и поедающее эту «мелочь» зверье тоже слегка подросло.

К сероватым ящеркам-мухоловкам добавились ярко-зеленые шуршуны, как обозвал из Кабаз, за характерный звук, так пугавший его поначалу, похожие на боевых длиннохвостов, только ростом в два локтя. Когда те на своих быстрых лапах-ногах неслись сквозь траву, шум поднимался страшенный. Красться-то они могли вовсе бесшумно, но в атаку кидались стремительно и всегда неожиданно. На жуков ясное дело, не на него. Хотя, первые ночи Кабаз из-за этих охотничков толком не спал. И как заснуть, спрашивается, когда в десяти шагах от тебя тишина то и дело вспыхивает звуком идущего на пролом кабана? И ни единого дерева на всю округу — куда бы залезть можно было. Только усталость и безразличие к собственной участи, накатывающая нет-нет на Кабаза, и позволяли иногда немного поспать.