— Так и есть, — Сато повернула свиток и показала на небольшой абзац текста в конце. — Это еще не конец. Боги вернулись в свой план, а народы островов прекратили битву. Но тут еще кое-что сказано. Народу котов, что пользовался доверием и уважением обоих богов, было дано особое задание. Охранять бывшее поле боя богов и возвести устрашающую цитадель в месте, где пролилась объятая ненавистью кровь богов. Пока энергия битвы не покинет пропитанную кровью землю, иные народы не должны ступить на сей остров.

— Легион есть ставленник богов? — Ато заглянула через плечо сестры на свиток. — Мне кажется они немного отклонились от первоначальной выданной им задачи. Но в свитке больше ничего нет.

— Я возьму его с собой, — Сато активировала инвентарь. — Быть может мы что-то пропустили.

Пока они разговаривали к ним присоединилась еще и Сметанка. Она внимательно осмотрела свиток, даже обнюхала его. Хотела было уже отойти, но тут:

— Держатель. Вы видите? Эти царапины мог оставить только коготь кота.

Дело в том, что свиток был намотан на достаточно массивный медный цилиндр. А края пергамента с обоих сторон фиксировались шестигранными набалдашниками. И вот как раз именно они привлекли внимание кошки-воительницы. На одной из граней была кривая насечка. Как оказалось, на второй заглушке так же имелась подобная царапина.

— Давайте попробуем их совместить, — Вереск показал руками, как он проворачивает что-то. — Эти царапины.

Что ж, почему бы и не попробовать. Оказалось, что из двух набалдашников, кое-как двигается только один. Правда очень тяжело, Сато едва могла прокручивать эту заглушку.

— Милые дамы, — Торн подошел к обеим сестрам и взял в руки свиток. — Разрешите герою сделать свою мужскую работу.

У инквизитора проворачивать набалдашники получалось лучше. Он легко поставил напротив друг друга обе царапины, и все услышали четкий щелчок. Прокручиваемая им заглушка легко снялась.

— Этот легендарный подвиг войдет в легендарные легенды, — оскалился друид. — Дети будут плакать, а дамы терять сознание, услышав сказ о мощи твоих ладошек. Особенно правой.

А Торн тем временем наклонил тубус, на котором крепился свиток. Оттуда выпал туго смотанный листочек пергамента. Он отдал его Сато, которая, аккуратно развернув его на столе, продолжила читать. В этот раз текст был написан мелким, едва читаемым почерком.

— Я генерал Легиона Пух БакаТимон. Надеюсь, что под защитой свитка мое послание дойдет до потомков. Война не была остановлена. Мы ее проиграли. Созданный для защиты острова Легион был порабощен. Боги пролили кровь, что и было целью войны. Мы не знаем, кто виновен в этом, но сейчас это не важно. В битве боги потеряли не только кровь, но и плоть. Летевшая шерсть бога животных упала на землю, окропленная кровью бога людей. Сила их противостояния вдохнула жизнь в этот объятый гневом колтун. Они создали младшего бога. Коты оказались подвержены его порче. Их шерсть стала проводником его воли. Верховные генералы пали перед лицом нового божества. Для противостояния шерстяной порче я отдал приказ набирать в наши ряды бойцов из южных островов — их тела лишены шерсти, а значит они менее падки влиянию бога. Дабы остановить эту шерстяную проказу, я и остальные бойцы Легиона запираем себя в этой тюрьме. Тюрьме Бога Шерсти. Но воля его все еще властна над умами наших воинов, покуда плюш укутывает нас. Шерсть, богу шерсти! Колтуны, трону колтунов! Бегите, пока он не нашел вас!